Искусство перевоплощения

— Нормально. Дела — под нарами не спрячешься, — оценил он, когда я закончила свой рассказ, — уж кем-кем, а бабой вот быть не приходилось. — Вася неуверенно усмехнулся.

— Не вредно иной раз и в нашей шкуре походить. Да ты, Василий, не волнуйся, это ненадолго, — успокоила я его, — самое большое — на пару суток.

— На пару суток? — забеспокоился Вася. — Я еще, между прочим, к жене собирался зайти.

Н-да, вот незадача. Как жена-то на этот маскарад отреагирует? А впрочем, она с таким муженьком, я думаю, ко многому привыкла. Объясним, в чем дело, она наверняка поймет. Не снимать же грим сейчас.

— Зайдем и к жене, — согласилась я, — только вот…

— Что?

— Да нехорошо как-то будет, если я тебя Васей называть буду, а ты меня Женей, — забеспокоилась я, — окружающие не поймут.

— Так в чем же дело, — Василий, надо отдать ему должное, быстро вошел в курс дела, «поймал струю», как говорили у нас в отряде, — ты будешь Васей, а я — Женей… Делов-то…

— Пойдет, — кивнула я, — давай пообедаем сейчас… В смысле, поужинаем. И двинем. Визит, так сказать, нанесем.

— Поужинать — это… завсегда. — Вася-Женя широко улыбнулся и похлопал ладонью по нетонкой своей — я постаралась — талии.

Глава 4

Васина жена Галина, Галка, жила недалеко от нашей квартиры — буквально в двух кварталах, минут двадцать быстрой ходьбы, там, где располагался частный сектор. Мы подошли к небольшому одноэтажному домику, Вася, умело крутанул доисторический мудреный засов и по-хозяйски распахнул низенькую калитку. Мы оказались в маленьком тесном дворике, заваленном самой невообразимой рухлядью.

«Ничего себе, — с удивлением подумала я, — видать, Дмитрий Федорович семье своего братика не очень-то и помогает».

На крыльцо вышла худая, неопрятно одетая женщина лет примерно сорока, как это говорится — со следами былой красоты на лице. Я подумала, что, если бы переменить ее старый засаленный халат на приличное платьице, а неухоженные сейчас волосы уложить как следует, женщина станет выглядеть очень даже ничего.

Кстати, для Василия-то ее непрезентабельный вид означает только то, что у нее никаких мужиков нет, что она не изменяет Василию. По крайней мере, сейчас.

— Вам кого? — зябко запахнув халат на высохшей груди, неприязненно прищурившись, спросила она.

— Нам — вас! — весело объявил Василий, забыв, очевидно, о том, что он сильно изменился за последние несколько часов. — Встречай, Галюнчик, дорогих гостей!

— Вам кого, женщина? — поморщившись, вероятно, от такой фамильярности, спросила Галюнчик.

— Нам — вас, — неожиданно серьезно повторил Василий и стянул с головы своей дурацкий желтый парик.

* * *Мужа своего Галина, кстати, не сразу и узнала. Только когда он, к моему неудовольствию, полностью избавился от женского «прикида» и стер с лица грим.