Испанский любовный обман

Прежде чем ее открыть, он оглянулся.

– Каталина. – Вот, опять. Не Лина. Каталина. – Хорошо, что я тебя не поцеловал.

В груди что-то оборвалось.

– Почему? – удалось выговорить дрожащим шепотом.

– Когда я наконец тебя поцелую, это не будет игрой. Я не стану демонстрировать, как это было бы в теории. Я продемонстрирую на практике. И, уж естественно, не стану объяснять, как было бы здорово, если бы ты решила завести со мной отношения. Ты ведь и сама понимаешь.

Аарон замолчал – с таким видом, будто еле сдерживался. Словно хотел накинуться на меня, опять прижать к шкафу и продолжить с того места, где мы закончили.

"

"– Когда я тебя поцелую, ты не будешь воспринимать это как репетицию.

Глава двадцатая

Наутро, открыв глаза и увидев густую тьму, обычную для стран, где принято устанавливать жалюзи на окна, я сразу поняла, что не в своей постели.

Во-первых, я привыкла просыпаться от ярких лучей солнца. Во-вторых, непривычным был матрас: слишком мягкий и упругий. И подушка – тоже: низкая и приплюснутая.

Самое главное, буквально кричащее свидетельство того, что я нахожусь не в своей постели в бруклинском Бед-Стае, лежало на животе.

На ощупь оно было теплым, твердым и сильно походило на… мужскую руку.

Из-за барабанной дроби, стучавшей в голове, я никак не могла сообразить, что же держит меня за талию. Почему я не в своей уютной постели, на родном матрасе, пробившем солидную дыру в моем бюджете?

Сонно моргнув несколько раз, я убрала с лица пряди. Глаза понемногу привыкали в темноте.

Я уставилась на неожиданную тяжесть, придавившую меня к простыне.

Рука. Как я и думала. С темными волосками и буграми мышц. Явно мужская. Я прошлась по ней взглядом. Чуть выше виднелось крепкое плечо, за ним шея, потом голова и…

Mierda!

Обладатель всех этих частей тела пошевелился.

Я застыла. Мощная тяжелая рука, придавившая меня к матрасу, дернулась, и пальцы скользнули под футболку, уютно устроившись на голом животе.

Дыхание застряло в глотке.

«Каталина, черт возьми, не вздумай двигаться», – велела я себе.

Это было нелегко: пятерня жгла кожу, и от нее разбегались мурашки.

Аарон лежал совсем рядом.

Аарон.

Перед глазами мелькнули смутные картинки из прошлой ночи, и в сознании будто грянул взрыв.

Нет-нет-нет!

Пальцы снова погладили кожу.

Мужчина, спавший рядом, что-то хрипло пробурчал.

Мне все привиделось. Приснилось. Мы не могли и впрямь обниматься и лезть друг к другу с поцелуями. Это было бы слишком. Полный бред.

В самом быстром темпе, какой только возможен, перед глазами пронеслись события минувшего вечера. Они врезались в память, вспыхнули перед глазами и заставили вспомнить все до единого. Каждая картинка, каждая реплика прокрутились в голове, безжалостно фиксируясь на самых ярких моментах.

Бар. Воображаемая история нашего знакомства.