Испанский любовный обман

– Но это в прошлом. Теперь она дома, у нее все хорошо. Она счастлива. – Мама взяла отца за руку.

Не сдержавшись, я встала и обошла вокруг стола. Обняла отца и поцеловала его в щеку.

– Te quiero, Papá[95].

Потом обняла и маму.

– A ti también, tonta[96].

Я глотала слезы, не давая им пролиться, словно от них зависела моя жизнь. Не буду плакать. Ни за что.

– А теперь прекратили, ладно? Оба. Оставьте эти нежности на завтра.

Я вернулась на место и невольно потянулась за рукой Аарона, словно не могла представить, как буду без нее. Поразившись себе, я с волнением увидела, как он тянется навстречу, переплетает пальцы и подносит их ко рту, чтобы коснуться губами тыльной стороны ладони.

Все произошло так стремительно, что я и не заметила бы случившегося, если бы на коже не остался жгучий отпечаток его губ.

Заговорила мать, заставляя к ней повернуться:

– Cariño, я так счастлива, что ты дома. – Она перевела взгляд на Аарона. – И что ты больше не одна.

Мать широко улыбнулась; печаль из глаз ушла.

Душу кольнуло чувством вины, оставляя густой горький налет, похожий на сожаление вперемешку с надеждой.

– Какое-то время мне казалось, Лина приедет одна, – обратилась она к Аарону.

 – Я даже сомневалась, что ты и впрямь существуешь. – Она усмехнулась, а я на миг разучилась дышать. Мать с легкой улыбкой посмотрела мне в глаза. – Не смотри так. Ты никогда не говорила, что с кем-то встречаешься, и ни разу не брала с собой парня. Все произошло так… стремительно.

– Честно говоря, hermanita, – с неожиданным азартом вмешалась Изабель, – мы думали, свой век ты закончишь старой девой с сорока кошками. Или в твоем случае, наверное, с сорока рыбками. Или… гекконами? У тебя же аллергия на кошачью шерсть.

 – Она хихикнула. – Мы сто раз об этом говорили на семейных сборищах.

– Спасибо за поддержку! – буркнула я и показала сестре язык. Даже не верилось, что такие вещи говорят про меня люди, с которыми я сидела за одним столом. Да что там – сижу рядом прямо сейчас. – Мне с вами сказочно повезло.

Аарон сжал мои пальцы, и я невольно ответила тем же.

– Ничего подобного, мы такого не говорили, – перебила мать, строго посмотрев в сторону Изабель. – Хватит дразнить сестру. У тебя, в конце концов, завтра свадьба.

Изабель нахмурилась.

– Это здесь при чем?..

Мать рубанула ладонью в воздухе, обрывая любые протесты. Потом скрестила на груди руки.

Я хмыкнула.

– Лина, мы никогда не думали, будто ты станешь коротать свой век в одиночестве. Мы просто за тебя переживали. – Она посмотрела на Аарона, и взгляд заметно потеплел. – А теперь, зная, что тебе есть на кого опереться, есть к кому возвращаться домой, я буду спокойно спать ночами.

Аарон рядом со мной ответил:

– Могу вам это гарантировать. – Его голос бархатом прошелся по коже.