Испанский любовный обман

– От видов на Ист-Ривер захватывает дух.

– Мне повезло, что я могу такое себе позволить, – сказал Аарон задумчиво.

Повернувшись к нему, я прислонилась спиной к стеклу. Этот вид – Аарон на фоне своей квартиры – мне нравился не меньше. Жаль, о таких вещах говорить не принято. Ограничилась тем, что жадно впитала в себя эту картинку.

Аарон смотрел вдаль, и солнце целовало ему кожу. Синие глаза мерцали на свету.

Мыслями он был далеко. Я это чувствовала.

– Все в порядке? – спросила я, беря его за руку.

Он взглянул на меня:

– Иди сюда. – Прижал к груди и крепко стиснул, раскачиваясь на месте. – Теперь да. Намного лучше.

Возразить было нечем. В обнимку с Аароном и правда намного лучше, чем без него. Я с наслаждением выдохнула и обняла его в ответ. Аарон хмыкнул.

Когда мы наконец разжали руки, он снова посмотрел в окно, на сей раз с легкой улыбкой.

Маленькая, но победа.

Взгляд невольно упал на консоль в стиле лофт, которая идеально вписывалась в общий интерьер. Она была практически пуста – только стояла фотография в рамке и лежал какой-то учебник.

Поддавшись любопытству, я подошла ближе и взяла снимок в руки. Там была изображена женщина: красивая, с синими глазами, темными волосами и удивительно знакомой улыбкой. На сердце потеплело.

Аарон обнял меня за плечи и поцеловал в макушку.

Прижавшись к нему спиной, я спросила:

– Как звали твою маму?

– Доротея. – Голос рокотал в груди прямо под кожей. – Только она свое имя не любила. Просила называть ее Тея.

– Расскажи о ней. Вообще о своей семье.

Аарон шумно выдохнул, окончательно растрепывая мне волосы.

– Ее назвали в честь бабушки. «Древнее старушечье имя», – как она всегда возмущалась. Семья у нее была очень богатой, только со здоровьем им не везло. В роду говорили, на нас лежит проклятие. – Аарон помолчал, уйдя в воспоминания. – Когда я был маленьким, у мамы больше не осталось родственников. Я не знал ни бабушку, ни дедушку. Потом умерла и мама, из Эбботов в живых я один. Все наследство досталось мне. Поэтому могу позволить себе такую квартиру.

– Логично, – пробормотала я. Всегда считала, что мне повезло с работой: в «Ин-Тех» платили весьма достойно. Однако это место в мой бюджет не вписалось бы. Одна ванная была больше моей студии. – Значит, на самом деле тебе необязательно работать?

– Необязательно. Мне нравится. Настолько, что меня даже называют трудоголиком и киборгом.

Я хихикнула.

– Виновата, каюсь.

Не думаю, что в компании знали о его семье. Аарон всегда был довольно замкнутым. Тот факт, что он, невзирая на солидное состояние, работал побольше многих, делал ему честь.

Так и влюбиться недолго.

Упс. Я тряхнула головой.

– Знаешь, всегда тобой восхищалась. Хоть и злилась, что ты слишком прагматичный и упрямый, но все равно восхищалась.