Камуфлет

Голова трупа вывернулась назад, так что предстал разбитый затылок в клочках волос.

— Фо эфо? — выдавил Модль с полным ртом.

— А это, изволите знать, ответ на все вопросы! А будет мало, так я добавлю.

Зарвавшийся гость швырнул на стол ротмистру стопку исписанных листов.

Не давая ему опомниться, Родион Георгиевич представил заслуги коллежского асессора.

Кое-как дожевывая мясо, Модль слушал, как некий Берс захотел прибрать несметные богатства князя Одоленского. Для этого нашел незаконнорожденного племянника князя, переписали на него состояние. Затем юноша отдал наследство обществу «Первая кровь», а на самом деле Берсу, и был благополучно убит.

После чего расчленен. Далее Берс решил запутать дело, чтобы и концов не найти. Он стал возить «чурку» на извозчиках, гипнотизируя их так, что бы они показали на князя и г-жу Ванзарову. Для усиления подозрений ночью с понедельника на вторник разбросал куски тела по городу.

Обычная уголовщина, не более. Все показания запротоколированы и даны в присутствии двух свидетелей. Снятие гипнотического влияния проведено профессором парижского университета мсье Жарко.

Также был предъявлен уцелевший клочок с подписью Берса — изобличающая улика.

— Вафе задание полностью выполнено: преступник найден, содалы разоблачены, тайное обфество рассеяно, супруга моя невиновна. Думаю, спектакль в сарае дачи с куриной кровью и купленным топором в расчет принимать не будете. Ленского убивали спермой, а потом рвали взрывчатками. Это доказано и запротоколировано экспертом Лебедевым.

Модль взял жирными пальцами протоколы, кое-как поглядел и сложил аккуратно в папочку. А главную улику бережно смахнул в конверт.

— Мы в вас не ошиблись. Заслужили награду. Чего желаете? — глухо спросил он.

— Немедленно отпустите мою жену и кухарку, — нажимая на каждое слово, проговорил Ванзаров. Ежели бы он кричал или топал ногами, ротмистр наверняка нашел бы тысячу причин, чтобы задержать арестанток.

Но спокойный тон коллежского советника показался хуже угрозы.

Ротмистр вынул штатный бланк, быстро заполнил и передал через стол.

— Забыли кое-что ефе, сударь, — вежливо напомнил Родион Георгиевич, даже руки не протянув.

В ящике стола офицера «охранки» браунинг не запылился.

Но чиновник сыскной полиции с показным старанием вытер свое второе оружие о рукав и, не простившись, хлопнул дверью.

Августа 9 дня, начало седьмого, +18 °C

Сначала на Мойке, потом на Обводном канале

Калитка распахнулась под ржавый скрип петель всех тюрьм империи. Караульный галантно помог дамам одолеть брус порожка и юркнул обратно. Попыталась Софья Петровна кинуться к мужу, но лишь повисла на руке Глафиры. Тут уж Родион Георгиевич подбежал сам и стиснул обеих.