Исповедь на краю
Вера пораньше ушла с работы – хотела застать мужа с любовницей. Вместо этого она обнаружила в своей квартире то, что повергло ее в ужас…Журналистка Дина сразу откликнулась на просьбу частного детектива Сергея Кольцова помочь в расследовании этого чудовищного преступления. А вскоре ей позвонила главврач дома ребенка и рассказала о похищении мальчика. Дина сразу заподозрила: между этими делами есть что-то общее…У нее много лиц и имен. Она с детства ненавидела того, кто испортил ей жизнь, и поклялась отомстить…Игры, в которые играют люди, часто бывают очень жестоки. Как остановиться и не перейти грань, за которой к прежней жизни не будет возврата?..
– Андрей открыл прекрасные темно-голубые глаза, потянул ее за руки, и она самозабвенно прижалась к нему всем телом – изящным телом супермодели.
Глава 26
В такси Дина пыталась думать о делах, но никак не могла переключиться. Она продолжала видеть двух взрослых и ребенка, которые, похоже, были рождены для того, чтобы встретиться. Как плакала эта итальянка, когда ей объяснили, что она пока не может забрать девочку. Как сжалась и нахмурилась Аня-Арина, узнавшая в свои два года вкус горьких разочарований. Как страдал этот милый толстяк. Когда он взял в свою большую ладонь ручку девочки, его глаза стали детскими, беспомощными и виноватыми.
Можно было не спешить. Топик остался на «Соколе» с Анной Ивановной. И Дина попросила водителя остановиться у автостоянки, где работал Олег Федоров. Она расплачивалась, когда из ворот выехал темно-зеленый «Рено». За рулем сидела молодая блондинка, а рядом с ней Олег.
– Я не выхожу, – быстро сказала Дина. – Пожалуйста, за той машиной.
– Чокнутые создания эти женщины, – вздохнул, ни к кому не обращаясь, шофер. – Как будто мужиков мало. Вцепятся в какого-то хмыря болотного и поделить его не могут.
Несмотря на скептицизм, за «Рено» он пристроился вполне профессионально. Так они доехали до дома на улице «Правды». Здесь Дина расплатилась, отпустила такси, а сама растерянно оглядела пустынный двор. Что делать дальше?
* * *В мягком свете прихожей Сандра сразу увидела, как изменился Олег: глаза впали, от носа к губам залегли глубокие морщины, углы губ опущены, виски седые.
– Раздевайся. Выпить, поесть хочешь?
– Мне все равно."
"Сандра прошла на кухню, а Олег замешкался в недоумении: ему показалось, что в ее быстром взгляде мелькнула злоба. Он побрел в гостиную, опустился в кресло.














