Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела

Окажись я в таких покоях, да хотя бы даже на экскурсии, рот бы раскрыла от изумления. Вот только предназначена эта комната для очередной игрушки князя. И роскошь сейчас кажется платой за сговорчивость.

А я ещё боялась, что меня в подвал отведут. Бояться стоило другого. Хотя, кто сказал, что после второй оплеухи мне таки не светит этот самый подвал. Вон как у Его Сиятельства взыграло, разозлился: «Как ты посмела?».

И ещё посмею, если посмеет… тьфу, запуталась.

Обхватываю себя руками за плечи и морщусь от боли, когда пальцы касаются синяков, оставленных ручищами князя.

А ведь я хорохорюсь. Пытаюсь делать вид, что от меня что-то зависит. Игры окончены, и надо признать, что я в чужом мире в собственности у жестокого человеконенавистника.

И радует меня сейчас только одно, что некому меня искать, и некому оплакивать. И я впервые думаю об этом с облегчением. Если бы мама была жива, я бы с ума сходила, представляя, сколько горя она испытала бы из-за моего исчезновения. А так, я отвечаю только за себя.

Дверь открылась очень тихо, я скорее почувствовала, чем услышала.

В зеркальном отражении вижу двух девушек и женщину постарше.

— Разрешите, госпожа?

Поворачиваюсь молча, взгляд падает на поднос в руках одной из вошедших.

Еда. Только сейчас понимаю, насколько проголодалась. Шикарный новогодний стол корпорации «SEVEN», кажется, был целую вечность назад. Сейчас я и от чёрствой корочки хлеба не отказалась бы.

— Кто вы? — спрашиваю, и голос прерывается от усталости и голода.

Женщина постарше приседает в реверансе:

— Меня зовут Ларита, я буду вашей личной служанкой. А Энни и Арна помогут вам с омовением и всем, что необходимо леди.

Я хмыкаю, отлично понимая, какая участь предназначена так называемой «леди».

Но на столик у камина уже опускается поднос. И то ли Энни, то ли Арна убирает с него белую салфетку. Передо мной исходящий паром и ароматным запахом кувшин, большое блюдо с гренками, ломти чего-то белого, напоминающего по цвету адыгейский сыр, и огромный фрукт, похожий на манго.

— Но сначала поешьте, госпожа, — Ларита делает приглашающий жест.

И я понимаю, что Кавказской пленницы, объявившей голодовку[8], из меня не выйдет. Я в принципе не способна думать на голодный желудок.

Всё к чёрту. Белые ломти действительно оказываются сыром, а фрукт — самым настоящим манго. Но спросить я не решаюсь, откуда он здесь. Ларита сама поясняет с гордостью:

— Большая редкость. У нас такое не растёт. Но купцы из Междумирья привозят.

С кусочком сыра и восхитительно вкусного поджаренного хлеба во рту я уже могу немного думать.

Что же это получается? Манго, наверняка, из моего мира. Значит, есть связь и есть порталы. И, значит, можно найти способ. Настроение у меня улучшается, но ровно до того момента, как появляется ещё одна женщина.