Истинный выбор

Я завизжала от страха, но метнуться в сторону не успела. Чужие губы грубо смяли мои, а стальной капкан рук не давал сделать вздох. На мгновение я обмякла и перестала сопротивляться, но лишь затем, чтобы в первый же удобный момент со всей силы вцепиться зубами в губу Лэйтона. От неожиданности тот отшатнулся, шипя ругательства. Я метнулась к вазе с фруктами и схватила маленький нож, выставив его перед собой.

Я тяжело дышала, порванное платье сползало и мешало сосредоточиться, но я не сводила с Лэйтона взгляда, полного ненависти и презрения. По подбородку мужчины стекала струйка крови. Он яростно содрал с кровати белоснежное покрывало и приложил его к губе.

Мы стояли друг против друга, и сложно сказать, кто в этот момент ненавидел другого больше. Я — за попытку принуждения к близости. Он — за несбывшиеся ожидания. Лэйтон сделал шаг, я подняла нож ещё выше и сказала хрипло:

— Не подходи ко мне! Не смей ко мне прикасаться! Брачная церемония не состоялась. Я буду кричать так, что подниму на ноги весь дом. Я устрою скандал. Я напишу Императору, леди Азалии и расскажу всем, что ты сделал. Ты никогда не отмоешься от славы насильника.

Злой взгляд несостоявшегося супруга прожигал меня насквозь:

— Вот, значит, как ты исполняешь обещания? — резко развернулся, зачем-то подошёл к секретеру и открыл один из ящиков.

Вынул плоскую коробку. Свет от свечей выхватил блики чего-то блестящего. Мужчина зло скомкал содержимое коробки и швырнул мне под ноги.

— Надевай! Быстро! Ты, похоже, забыла, как должна себя вести!

Я опустила глаза вниз и узнала его. На полу лежало ненавистное ожерелье послушания, которое я не видела со времён прибытия в Файерстоун, и которое Рэйнер запретил мне носить. Медленно переводила глаза с ожерелья на Лэйтона и обратно и не двигалась с места.

Мужчина оперся ладонями о секретер и что-то рассматривал в ящике, затем тихо произнёс.

— Ты всё ещё любишь его. Вот в чём всё дело. — Лэйтон не спрашивал, а утверждал. Я молчала. — Ну конечно. Что ж. Я берёг твои чувства, не хотел расстраивать. Но сейчас сделаю это с удовольствием.

Мужчина извлёк что-то из ящика и снова швырнул мне под ноги. Опустив глаза, я увидела «Дворцовые хроники», некое подобие журнала светских новостей в нашем мире.

— Твой возлюбленный на первой же странице. Закончишь читать — надевай ожерелье и собирай вещи. Не хочешь быть моей женой — возвращайся в тюрьму! К счастью, мне есть, куда сейчас пойти и расслабиться. А наша сделка аннулируется.

Вздрогнула от звука хлопнувшей двери — я осталась в комнате одна. Ноги подкосились, и я упала на колени. Дрожащими руками взяла пергамент. На желтоватой бумаге тут же расползлись кружочки слёз. Вытерла мокрые щёки и прочитала.

«Генерал Файерстоун и леди Глория Хэлленбург: свадьба века».