Ювелирная лавка госпожи Таниты

– А вы никогда не интересовались, чего желает ваш сын?

Мы со стариком несколько секунд бодались взглядами. Он все-таки сдался и ласково обратился к Леоргу:

– Скажи, сын мой, чего же ты желаешь?

Тот нервно кашлянул и поправил шейный платок, словно ему не хватало воздуха. Готова поспорить, он желает, чтобы папаша его поменьше прессовал.

– Я хочу покинуть ужин, – ответил тот и, не говоря больше ни слова, поднялся из-за стола и быстрым шагом направился к выходу.

– Леорг? Леорг! Вернись немедленно! – сорвался Олберт и гневно стукнул кулаком по столу.

Ой, кажется, сегодня нагоняй ждет не только Тимоша.

Еще один непослушный мальчишка посмел взбрыкнуть. Мы переглянулись с Дареном, на лице дракона было написано удивление.

– Какая досада, – произнес он, обращаясь к багровому от гнева господину Олберту. – Воспитывать детей так сложно, верно, старина? Кажется, сватовство сорвалось, жених не явился к алтарю.

– Мне надо закурить. Хейтон! Принеси трубку! – прокричал тот дворецкому, а потом обратился к Дарену: – Выйдем на балкон, чтобы не смущать гостей дымом? Заодно обсудим новую поставку самоцветов. Прошу простить, госпожа Танита.

Наслаждайтесь яствами, мы скоро, – и на трясущихся ногах заковылял в сторону балкона.

Выждав пару секунд, Дарен усмехнулся и произнес шепотом:

– Ты неподражаема, Танюша. Здорово ты уделала зарвавшегося старика. А я то думал, что придется вмешаться.

Я вернула ему усмешку.

– Он не на ту напоролся.

Мужчины удалились, оставив нас с детьми одних за столом. Я медленно повернулась к Тимошу, и мальчишка вжал голову в плечи, предчувствуя разбор полетов.

– Что это ты удумал, Шерлок Холмс доморощенный? Что за самодеятельность?

– Ты бы просто так не согласилась пойти, пришлось тебя немного подстегнуть.

Ты осторожничаешь где надо и где не надо, – пробурчал он. Но в словах его прозвучало сомнение, а глаза забегали.

Я всплеснула руками.

– И ты решил мной поманипулировать?

Тимош понурился, сделав вид, что шнурки на ботинках ну очень интересные, и он их только заметил.

– Ты в курсе, что дети не должны одни ходить в чужие дома? А если бы с тобой что-то случилось? Если бы они тебя обидели?

– Они бы не посмели. Тем более, ничего же не случилось.

Я закатила глаза к потолку.

– Вот ты умный парень, Тимош, но иногда как вытворишь, что хоть стой хоть падай.

– Он не умный, он форменный дурак, – Варда стащила со стола конфету.

– Сейчас не место и не время, поэтому закончим разговор дома, – предупредила я строго. – А пока знай, что в наказание до самых каникул никаких прогулок с друзьями после школы.

– Но… но… – мальчишка захлопал глазами, однако быстро понял, что спорить себе дороже. – Ладно.

– Вот и славненько, – я кивнула и похлопала его по плечу. – Будешь сидеть за уроками и помогать по дому.