Южная пустошь 5 (СИ)

Некоторые деревья, вообще, выросли так близко к стене, что их ветки распластались вдоль, не сумев пробить брешь в каменной кладке.

— А почему вы не срубите эти деревья? — вырвалось у меня невольно.

Олира, шедшая чуть впереди по узкой, едва заметной в темноте тропинке, обернулась и удивленно посмотрела на меня.

— А зачем? Они же никому не мешают… Стены обители укреплены магией, и деревья не смогут их разрушить."

"Я кивнула и замолчала. Понятно, что Монтийскую Епархию от врагов снаружи защищает магическая стена. Но неужели за все время обособленного существования у них не было никаких внутренних проблем, которые могли бы привести к столкновениям, между монастырями? Даже у нас, в Грилории, иногда случались внутригосударственные конфликты и столкновения отдельных городов между собой. Такое происходило, конечно, довольно редко: последний раз это было при моем прадеде, когда Ургородские матери повздорили с соседним Святогородом за заливные луга на берегу реки, расположенные ровно посередине между двумя городами. Каждый считал, что эти места испокон веков принадлежали именно им. Словесный конфликт очень быстро перерос в драку, а потом и осаду Святогорода. Моему прадеду пришлось вводить войска, чтобы успокоить соседей. С тех пор заливные луга, согласно указу короля, каждые десять лет переходил от одного города к другому.

— У нас никто не спорит по поводу территорий, — ответила девочка на мой невысказанный вопрос. — Вся земля в Епархии принадлежит Великому отцу, и все отцы-настоятели действуют только по его воле. Ежемесячно проводится Собор, во время которого принимают постриг юноши и девушки, достигшие возраста зрелости, а каждый отец-настоятель проходит беседу с инквизиторами. Если в их головах появились сомнения в верности Великому отцу, то такие мысли тщательно искореняются…

Произнесла она это равнодушно и заученно, как строчку из учебника. А мне стало не по себе. Я невольно пожалела несчастных отцов-настоятелей, которым так просто и легко промывают мозги.

— Это не больно, — отозвалась Олира, — просто неприятно. Ты просто забываешь все, что было и чувствуешь себя так, как будто бы ты спал какое-то время и видел странные сны.

Спорить я не стала. Видимо у нас с магами слишком разные представления о неприятном. Я помнила, как чувствовал себя Жерен, когда избавился от контроля мага-инквизитора…

— К тому же, есть способы оградить свое сознание от магии инквизиторов, — раздался незнакомый голос, без спроса ворвавшись в нашу беседу.

И в то же мгновение кусты, мимо которых мы проходили, зашевелились и на тропинку вышел мальчишка в шерстяной накидке. Она была такая тонкая, что я невольно поежилась, представив, как ему холодно.