Избранная для двоих женихов

И понять, что вас, мой дорогой князь, там так пугает. Завтра выступаем на рассвете.

— Я велю слугам все подготовить. — Кивнул Темный князь, наблюдая за тем, как девушка вышла из комнаты, держа бумаги. Она не оглянулась. Амрас вздохнул, предчувствуя, что это будет очень сложный поход. Они с Дианой снова не удержали нейтралитет и расстались на ножах…

Глава 13"

"Завтра было. Равно как и послезавтра. Итер оказался весьма интересным субъектом. Небогатый купец из провинции Долины Восхода, за годы скитаний с товаром он, казалось, успел побывать повсюду.

Вместе с ним Алекс то мерз среди пиков Перевала, то любовался рассветами на Звенящим Плоскогорье в Стигии, то спасался от сборщиков податей в Ануэрате, то колесил по широким равнинам Баронств. Об Омарате у купца тоже нашлось множество интересных историй.

— Для нас и нашего мировоззрения они почти дикари. — Миска с жидкой похлебкой в руках западнодолинца опорожнялась с невиданной быстротой. — Но с удивительной культурой, прекрасными храмами и дворцами, отличной наукой и мощной магией. С неутомимыми воинами и самыми варварскими обычаями. — Увлекаясь, Итер становился необычайно красноречив как для купца. — Например, ты знаешь о том, что у них все воины подчиняются тысячелетней давности канонам? Или о том, что человек, уличенный в чем-то позорном, обычно заканчивает жизнь ритуальным самоубийством?

День за днем Алекс узнавал все больше об этой странной, закрытой для чужеземцев стране. Было удивительно находить знакомые обычаи и табу в другом мире.

— Или, вот, например, отношение местных к женщинам. Им запрещено носить яркие цвета и легко одеваться, открывая ноги и волосы. А при чужеземцах вообще нужно закрывать лицо капюшоном и молчать.

«Словно у мусульман… — Алекс с жадностью впитывал подробности жизни омаратцев.

Ему рассказы Итера помогали хоть как-то скрасить время от завтрака до обеда и от обеда до ужина, отгоняя навязчивый призрак голода, ведь кормили в Ир’Ашир немногим лучше, чем где-нибудь в концлагере у нацистов.

Третий сокамерник оказался неразговорчивым и, по всей видимости, не совсем нормальным. Иногда по ночам он плакал или потихоньку выл, вызывая проклятия купца, заканчивающиеся оплеухами. Кроме редких посещений тюремщиков, подозрительно проверявших стены и решетки, других событий не было, и дни становились все больше похожими один на другой.

Вскоре состоялась одна из первых казней.

— Скучно… — Итер лениво зевнул.

Алекс дернулся, глядя на безмятежное лицо купца. Воистину, скука казематов оставляла мало места для человеколюбия!

— И ты скоро станешь так думать. — Итер заметил его неодобрение. — Тебе захочется новых развлечений. Любых… — Он мрачно усмехнулся. — Через время здесь начинаешь по-другому смотреть на все.