Избранница Хозяина холмов - 2

Хотелось дышать полной грудью, глотать дыхание Атайра вперемешку с колючим воздухом, который перетекал над водой словно бы крошечными льдинками.

Кажется, у его величества должно быть две руки? Как же они тогда оказались у меня на груди тоже? Прикосновения Атайра моя кожа запоминала, как тлеющие отпечатки, и потому казалось, что его ладони касаются меня одновременно везде.

Я потянула мужа за собой — в кормовую часть лодки, где дно было застелено целым ворохом овечьих шкур. Легла на них, а Атайр навис надо мной, уперевшись ладонями по обе стороны от моих плеч. Оглядел с головы до ног, чему-то едва заметно улыбаясь.

— Ты всё предусмотрела, — проговорил он, склоняясь к моему лицу, на котором я, кажется, сейчас ощущала только пылающие губы.

— Нет. Но мне хочется верить... Что мой муж всё же желает меня достаточно сильно.

— Муж желает тебя с первого дня встречи в Джинарии, — совершенно серьёзно заявил Атайр. — А ты? Ведь для тебя это было так важно — чтобы всё было по-настоящему, а не только из необходимости. Для меня, оказывается, тоже.

— Если бы это было не так, я не пришла бы сюда. Нашла бы другой способ избежать всего этого.

Король покачал головой. И вдруг выпрямился — чтобы снять дублет, а за ним рубашку. Словно ощутимая прохлада вовсе не беспокоила его. Снежные пылинки, что лениво падали с неба, таяли, кажется, ещё не долетая до его кожи. И всё же он невозможно красив! Нужно быть совсем слепой или безумной, чтобы не признать это.

Атайр подвинулся чуть вперёд, медленно, словно осторожничая, смахнул с моих колен плотный подол шерстяного платья и, явно любуясь, очертил ладонями изгиб бедра.

— Знаешь, я даже волнуюсь, — вдруг выдал он, с заметным усилием сдерживая улыбку.

— Прекрати врать. — Я закрыла ладонями лицо.

Только представить, какой вид на моё тело открылся ему теперь. Атайр убрал мои руки и заглушил последние тревожные мысли очередным поцелуем, который способен был вынуть и пленить душу. Муж снимал с меня одежду, вместе с тем пытаясь

укутать развёрнутыми под спиной шкурами.

— ЕЩЁ не хватало, чтобы ты замёрзла."

"Я же о холоде и промозглости, что полосами струилась над водой, уже и думать забыла. Но король всё же оставил меня в сорочке — ещё и накрыл своим телом, на котором при желании можно было бы что-то поджарить, как на углях.

Совершенно забывшись в потоке его непрерывных, перетекающих из одной в другую ласк, я только глухо вскрикнула, прикусив плечо мужа, когда он толкнулся вперёд, забирая то, что предназначалось только ему; наполненные жаром глаза Атайра были так близко, губы соприкасались с моими, вынуждая ловить их в безотчётной жажде ещё большего, совершенно полного единения.

Я крепко сжала его коленями, напряжённо прислушиваясь к собственным ощущениям.