Избранница Хозяина холмов - 2

— Заключать под стражу королеву?

— выйдите, советник. Предлагаю вам поговорить в спокойной обстановке. Вашу дочь под стражу никто не заключал. Я всего, лишь посчитал, что для её блага и блага всего вархасского посольства полезнее будет установить над ней чуть более строгий надзор. Раз уж вы, как отец, не можете это обеспечить, — голос Тавиша Мак Набина стал удивительно мягким.

Отец недоуменно глянул на меня. Я едва заметно кивнула, пытаясь его успокоить.

— Ваши объяснения обычно меня не убеждают, — уже более ровно проворчал отец, явно озадаченный моей невозмутимостью.

— Вы же не хотите проливать кровь по такому случаю, советник? Её величеству совершенно ничего не угрожает. Если и она, и вы будете вести себя благоразумно.

Тавиш прошёл обратно к моему отцу и осторожно тронул его за локоть. Тот вздохнул ещё раз и сделал знак вархассцам отступить. Они нехотя попятились, бряцая оружием и тихо переговариваясь. Похоже, пощекотать бока руэльцам им всё же до сих пор хотелось. С самого дня прибытия посольства в Глиннхайн.

Скоро меня оставили одну. Если это можно было так назвать. Лелия была рядом — хотя бы её от меня не оторвали, и так можно выло узнавать, что творится в Сеохе, пока я нахожусь в своего рода заточении.

Пришлось на время притихнуть, чтобы бдительность стражи, да и самого Тавиша, слегка притупилась.

Еду мне приносили в комнату, даже предлагали прогуляться по саду. Под наблюдением людей Тавиша, разумеется. Да и вообще показалось, что многие в Сеохе довольно охотно поддержали его. Я пыталась встретиться с Ребекой, но мне не позволили, объяснив это тем, что старший Мак Набин пока не видит для этого необходимости. Думается, как и для встреч с Харелтом, которого тоже ко мне не подпускали.

Впрочем, это и неудивительно.

Хорошо, что его вовсе не отправили в темницы, как моего помощника и довольно опасного для планов Тавиша человека. Но друиды в Глиннхайне имели свой особый статус. Обидеть их — значит обидеть Старых богов. И для того, чтобы заточить одного, из них, особенно верховного, нужны гораздо более серьёзные обвинения, чем сопровождение королевы к святилищам и проведение ритуалов, на которые он и так имел право.

Но я опасалась, что руки Тавиша однажды дотянутся и до него. Самхейн приближался, потому времени у меня оставалось всё меньше.

Терпения — тоже. Приходилось буквально одёргивать себя, чтобы не предпринять никаких поспешных шагов.

НО мне, к счастью, удалось передать Харелту весточку с предупреждением о том, что завтра ранним утром нам придётся, возможно, бежать из Сесха. Хотелось верить, что это обернётся для меня чем-то хорошим, а не очередными неприятностями. Я так и не смогла рассказать друиду о том, что видела на теле Ингюса. Но, сидя в комнате одна, перенесла всё на бумагу.