Избранные произведения. Том III
Кир Булычев — основатель Великого Гусляра, крёстный папа Алисы Селезневой, девочки из будущего Земли, летописец трудов и дней доктора Павлыша, лоцман на реке Хронос, соединяющей во времени разные берега России… Кир Булычев многомерен, как сама жизнь, в его литературной вселенной есть место и шутливому розыгрышу, и едкой, беспощадной иронии, и мудрости учёного и провидца. В ней есть всё, кроме скуки.Содержание:Доктор Павлыш (цикл)Река Хронос (цикл)Зоя Платоновна (цикл)Повести (сборник)Рассказы (сборник)
— Ятвяг, — сказал князь, — останешься здесь.
— Лишнее, князь, — сказал Роман.
— Сейчас я никому не верю. Понял? Тебе не верю тоже. — Князь опустил рукоять меча. — Нам бы до завтра продержаться.
Князь, не оборачиваясь, быстро поднялся по лестнице. Остановился, заглянув в подвал сверху. И ему видны были темные тени, неровно освещенные желтым светом лица, блеск реторт и трубок. Князь перекрестился, потолок над головами чародея и его помощников заколебался, вздрогнул от быстрых тяжелых шагов уходившего князя Вячко.
— Вся литовская рать не спасет его, — тихо сказал Роман.
Он сделал шаг к Кину, посмотрел внимательно на его лицо.
Ятвяг за его спиной тоже смотрел на Кина холодно и бесстрастно — для него смерть и жизнь были лишь моментами в бесконечном чередовании бытия и небытия.
— Дай чего-нибудь ятвягу, опои его, — сказал Роман.
— Он заговорил по-латыни, — заметил Жюль.
— Не все ли равно! — воскликнула Анна.
Ятвяг отступил на шаг, он был настороже.
— Не будет он пить, — сказал шут. — Он верный пес.
Кин открыл глаза. Помотал головой, поморщился от боли.
— Ничего, — сказал Жюль. — Мы не с такими справлялись.
— Пистолет бы ему.
— Он не имеет права никому причинять вреда.
— Даже если это грозит ему смертью?
— Мы готовы к этому, — сказал Жюль.
— Ты кто? — спросил Роман, склоняясь к Кину.
Кин молчал, глядел на Романа.
— Он не понимает по-немецки, — сообщил шут.
— Без тебя, дурак, вижу, наверное, притворяется.
— Так убей его, и дело с концом, — сказал шут.
— А вдруг его прислал епископ?
— Другого пришлет, — сказал шут. — С языком.
— Подлец, — сказала Анна сквозь зубы.
— Спроси его по-литовски, — сказал Роман.
— Ты что здесь делаешь? — спросил шут."
"— Я пришел из Тракая, — сказал Кин. — Я своих увидел.
— Врешь, — сказал шут.
— Что он говорит?
— Врет, — сказал шут. — Убить его надо, и дело с концом.
Кин постарался приподняться.
Ятвяг мягким кошачьим движением выхватил саблю.
— Погодите, — сказал Кин. — Мессир Роман, у меня к вам важное дело.
— Он знает латынь? — вырвалось у Романа.
— Боярин, — сказал отрок, — время истекает.
— Время? — повторил ятвяг. — Князь ждет. Идите на башню.
— Сейчас, — сказал Роман. — Ты говоришь, что знаешь меня?
— Я принес вести из Бремена, — сказал Кин.
— Нет, — сказал Роман. — Даже если ты не врешь, ты останешься здесь. Я не верю тебе.
— Время истекает, — сказал отрок.
— О чем он все время говорит? — спросил шут.
— Он должен встретиться с одним человеком.
Ятвяг положил на левую ладонь лезвие сабли, словно любуясь ее тусклым блеском.
— Князь сказал, — повторил он, — пора идти.
— С тобой пойдет Акиплеша, — сказал Роман. — Он все знает.

















