Избранные произведения. Том III

Избранные произведения. Том III
0/10 (0)
О чём книга

Кир Булычев — основатель Великого Гусляра, крёстный папа Алисы Селезневой, девочки из будущего Земли, летописец трудов и дней доктора Павлыша, лоцман на реке Хронос, соединяющей во времени разные берега России… Кир Булычев многомерен, как сама жизнь, в его литературной вселенной есть место и шутливому розыгрышу, и едкой, беспощадной иронии, и мудрости учёного и провидца. В ней есть всё, кроме скуки.Содержание:Доктор Павлыш (цикл)Река Хронос (цикл)Зоя Платоновна (цикл)Повести (сборник)Рассказы (сборник)

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

В левой части экрана видна была веранда, столбы которой были обильно украшены тонкой резьбой. Перед ней дремали два воина с копьями в руках…

— Ну и что, профессор?

Все в лаборатории ждали моего ответа.

— Это Паган, — сказал я. — Конец одиннадцатого века.

— Ура! — произнес кто-то негромко.

— Удалось? — спросил динамик. Дежурный на мостике волновался.

— Ур-ра! — ответил ему физик. — Какие же мы молодцы!

— Качать профессора, — предложил лукавец Тайк.

— Я совершенно ни при чем. Вы могли бы показать это изображение еще десятку ученых, и они сказали бы то же самое.

— Но профессор сказал первым!

Им нужна была разрядка. Уж лучше пускай качают меня, чем Сильвию. Я лишь старался не удариться о какой-нибудь прибор, хотя в этом не было нужды — летал я медленно и солидно, как воздушный шарик. Мои мучители также отрывались от пола и взлетали вслед за мной, отчего в полумраке лаборатории, освещенной солнцем далекого мира, шевелилось одно многорукое, многоголовое чудовище. И не дай бог людям с той стороны экрана заглянуть к нам. Они бы умерли от страха.

— Смотрите! — сказала Сильвия, которой удалось спрятаться в углу и избежать всеобщего ликования.

 — Смотрите — человек!

Сморщенный, высохший старик нес, прижимая к груди, глиняный горшок. Он шел так близко и виден был так четко, что можно было пересчитать все морщинки на его лице. И даже удивительным казалось, что он нас не видит. Он остановился на мгновение, повернув голову в нашу сторону, вздохнул и продолжил путь. И взгляд его мгновенно прервал возбужденное веселье. Люди опускались вниз, будто осенние листья.

— Он хотел сказать нам: «Чего подсматриваете?» — да не знает, на каком языке говорить с нами.

— Жалко, кино не звуковое.

— А профессор смог бы понять, о чем они говорят?"

"— С трудом. Прошла почти тысяча лет.

— Какая разрешающая способность!

— Профессор, расскажите нам о них.

— Это не покажется скучным?

— Никогда.

— Расскажите, профессор.

— Даже не знаю, с чего начать, — сказал я. Я не люблю быть центром внимания. Тем более что я никак не мог отделаться от ощущения, что в действительности я узурпатор. Самозванец. Главное сегодня не история. Главное то, что людям наконец удалось заглянуть в свое прошлое.

Черными молниями пробежали по экрану помехи, земля заколебалась.

— Прибавь мощности, — сказал капитан Тайку.

— Уже уходит, — сказал Тайк. — Еще минуты три-четыре, не больше.

— Рассказывайте, профессор.

— Это было великое государство. Владения его тянулись от Гималаев и гор Южного Китая до Бенгальского залива. Оно существовало двести пятьдесят лет, и столицей его был город Паган. Здание в лесах — храм Ананда, первый из гигантских храмов Пагана, построенный при царе Чанзитте.

Подборки для вас

Похожие книги

«Академия Рейвенхолл. Темная магия

«Академия Рейвенхолл. Темная магия

Легкое чтение, Фантастика, Зарубежная фантастика
Кодекс Охотника #04

Кодекс Охотника #04

Легкое чтение, Фантастика, Попаданцы
Первый

Первый

Легкое чтение, Любовные романы, Короткие любовные романы
Измена. Нагадать семью (СИ)

Измена. Нагадать семью (СИ)

Легкое чтение, Любовные романы, Современные любовные романы
Ведьма, ловчий и заколдованный кот

Ведьма, ловчий и заколдованный кот

Легкое чтение, Любовные романы, Фэнтези, Самиздат
Мама для дракончика или Жена к вылуплению

Мама для дракончика или Жена к вылуплению

Легкое чтение, Фэнтези, Любовное фэнтези

Оставить отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив