Избранные произведения. Том III

— На улице я увидел, как мальчишка наподдал ногой спичечный коробок, — сказал Вячик. — И я изменил направление его полета.

— Вячик! — перебила его мама. — Где у нас лежит элениум?

— Мама!

— Ты знаешь, как меня беспокоит твое психическое состояние. Именно психические сдвиги были первопричиной моего разрыва с твоим отцом.

Вячик вздохнул. У отца, насколько Вячик знал, с психикой все было в порядке. У отца была другая семья, двое детей, он присылал поздравления Вячику ко всем праздникам и подарки ко дню рождения. Счастливое состояние постепенно испарялось. Мама шуршала в аптечке, разыскивая элениум.

— Телекинез осужден наукой, — сказала мама, разрывая целлофановую обертку лекарства. — Прими таблетку, и тебе полегчает. В ином случае придется показать тебя психиатру.

Вячик, разумеется, принял таблетку.

Глава 5

— А сейчас вы могли бы что-нибудь сдвинуть? — спросила Люда. Они уже вернулись к гостинице.

— Не знаю, — растерялся Вячик. — Для этого должно быть особое настроение.

— И сейчас его нет?

— Оно было там, у магазина.

— И что случилось?

— Не знаю. Что-то случилось.

— Да, — согласилась Люда. — Что-то случилось.

В последующие дни им не удавалось остаться вдвоем, и ворошение в груди, сладко мучившее Вячика при виде Люды, не находило выхода. Перед отъездом англичане давали в честь группы ужин. Мария Петровна сказала благодарственную речь минут на двадцать.

— Завтра, — сказал Вячик, — будем в Москве.

— Да, — сказала Люда. — Я была рада с вами познакомиться.

— Мы в Москве встретимся? — спросил Вячик.

— А зачем? Это никому не нужно.

— Как так зачем? — И Вячик не придумал причин для встречи.

Ночь в комнате, где жил Завадовский с Вячиком, прошла печально. Вячик сидел там в полном одиночестве, скрывшись от спутников, которые отправились бродить по ночному городу, и размышлял о том, что жизнь может завершиться и к тридцати пяти годам. Скоротечность и продолжительность ее зависят от случайных причин, которые складываются в общую модель неудачи.

Глава 6

Утром Вячик с Завадовским чуть не проспали отъезд, и пришлось собираться в страшной спешке. В голове и груди была пустота, столь обширная и гулкая, что Вячика можно было засыпать зерном, как элеватор.

Вся группа уже ждала в автобусе, и дамы встретили их укорами.

Место рядом с Людой пустовало, но Вячик не прошел туда, а примостился рядом с водителем. Он старался вспомнить, как звучит на латинском языке выражение «Так проходит земная слава», но не вспомнил.

Отстраненное одиночество Вячика прервалось в зале ожидания, потому что Люда подошла к нему и сообщила:"

"— Мне жалко, что так произошло. Извините меня.