Избранные произведения. Том III
Кир Булычев — основатель Великого Гусляра, крёстный папа Алисы Селезневой, девочки из будущего Земли, летописец трудов и дней доктора Павлыша, лоцман на реке Хронос, соединяющей во времени разные берега России… Кир Булычев многомерен, как сама жизнь, в его литературной вселенной есть место и шутливому розыгрышу, и едкой, беспощадной иронии, и мудрости учёного и провидца. В ней есть всё, кроме скуки.Содержание:Доктор Павлыш (цикл)Река Хронос (цикл)Зоя Платоновна (цикл)Повести (сборник)Рассказы (сборник)
Но как только мы перешли критическую точку, то и меры стали кардинальными.
— Вы имеете в виду Огоньки? Тогда я тоже не согласен.
Кто-то в полутьме хихикнул. Холмик обожает спорить.
— Почему?
— Потому, что Огоньки угрожают не людям, а всему живому.
— Не знаю, — сказал Сесе. — Когда система лишена разума, сопротивляется системе, претендующей на обладание разумом, действия ее непредсказуемы.
— А вот идут две системы, обладающие разумом, — сказал Карен.
По платформе шли Ким и Селиванов. Они шли, упершись плечами друг в друга, изображали пьяных. Я сразу поняла, что им ничего не удалось отыскать.
— Все равно сгорим, — сказал Ким. — Трезвые, пьяные — все равно. Все глупо.
Тут пришла электричка. Она была почти пустая. Мы сели тесно, чтобы согреться — в электричке было холодно и полутемно.
Огонек возле нашего поселка появился в конце октября. Даже странно, что не раньше. Холмик говорил в классе: «Какая-то дискриминация»."
"Он предпочитал шутить об Огоньках. Это делали многие, у них защитная реакция. Потому что люди ко всему привыкают. Даже к Огонькам. Никто их уже не считал. Загорался новый — сообщали куда следует, потом приезжала команда, обносила место проволокой, ставила стандартную предупредительную надпись, хотя и без нее никто к Огоньку не подойдет.
У Кима умерла мать, но ее не привозили хоронить — ороров хоронят при больнице. Ким с отцом ездили туда. Раньше Ким сидел на парте с Селивановым, но когда стало известно, что мать Кима умерла от орора, Селиванов отсел от него. Я подумала тогда, что мне надо совершить поступок и сесть рядом с Кимом. Но я не села.
В конце октября объявили, что в этом сезоне школу не будут топить и потому с морозами занятия прекращаются. Это было крушением. Наверное, в Москве или в Париже люди больше знают и говорят об Огоньках. А у нас это не так заметно. Конечно, свет на улицах не горит, но у нас он всегда горел плохо. И в магазинах совсем плохо с продуктами, даже с хлебом перебои. Но нас ведь никогда хорошо не снабжали. И дожди идут, и яблоки не созрели. Но картошку все-таки собрали.














