Избранные произведения. Том III

Знаменитый автор фантастических произведений. Второй или третий в своей области в пределах нашей державы.

— Я положил жизнь, чтобы нести людям радость знания. — Он обнажил слишком белые вставные зубы, изображая эту радость.

— Вы хотите убить свою жену? — спросил я."

"— Как вы смеете! — Он искренне возмутился. — Марина мне не только жена, она друг. Мать моих детей, наконец!

У писателя был официально один ребенок, дочь-подросток с сексуальными проблемами. Но, возможно, он оплодотворил кого-то на стороне.

— Следующая жена тоже может стать другом и матерью детей. Но она будет моложе на двадцать лет и хороша, как Мерилин Монро.

— Вы кого имеете в виду? — угрожающе произнес он.

— Не знаю. А вы?

Мы снова помолчали. Разговор обещал стать занудным. Но я решил больше не подсказывать.

— Я весь в трудах, — произнес заказчик.

Я молчал. Пускай сам выпутывается.

— Я создал новое направление в литературе.

Многие пробовали, подумал я. Где они? Где пыль их, развеянная временем?

— Однако вы должны понять. — Он вскочил со стула и ринулся к книжным полкам, к той секции стеллажа, что была уставлена его произведениями, о чем было нетрудно догадаться, так как книги стояли порциями — по десятку в каждой, отчего число их многократно возрастало и казалось, что их набирается целый шкаф.

 — Вы должны понять, что специфика нашего труда заключается в том, что фантастика оперирует ограниченным числом сюжетных ходов, а главное — тем. Вы следите за ходом моих мыслей?

Этот человек был о себе высокого мнения.

— Если мне удается найти оригинальную тему, то я знаю, что она навсегда будет связана в сознании читателей с моим именем. Так вот, я большой художник, мои произведения переводились на ряд иностранных языков, включая языки народов бывшего Советского Союза.

Он цитировал аннотацию к своему двухтомнику. Дело в том, что, собираясь на встречу с заказчиком, я этот двухтомник просмотрел в библиотеке. Но покупать не стал — зачем загромождать квартиру чепухой? Он никогда не станет моим любимым писателем.

— Вы верите в мистику? — неожиданно спросил заказчик.

— В мистику?

— Во взаимовлияние судеб, в колдовство, в предначертания?

— Черт его знает, — признался я. — Черных кошек не люблю.

— Ах, как наивно! И это в конце двадцатого века, когда весь мир опутан паутиной ведовства и экстрасенсорики.

Господи, он еще и «чайник»! Придется отказываться от работы. А жаль.

— Я не буду говорить об очевидном, — продолжал заказчик. Щечки его побагровели, и мешочки под глазами набрякли от нахлынувшей крови. — Я перейду прямо к делу!

Он согрелся настолько, что теперь поведать мне о своих проблемах стало делом нетрудным.

— К сожалению, у меня есть злой гений, — сказал он. — Мы связаны с ним нерасторжимо знаком Зодиака.