Избранные произведения. Том III

Он почему-то не сомневался, что Салли охотно будет его сопровождать."

"— А… приказ? — Салли хотела было произнести «взрыв», но язык не повернулся.

— А ты как думаешь?

— Я думаю, что нам не надо спешить.

— Ни черта я не буду взрывать, — бросил Павлыш, насупившись, словно мальчишка, который не отдаст никому пойманного жука.

Салли сразу увидела, каким он был мальчишкой. И непроизвольно улыбнулась.

Павлыш удивился:

— Что?

— Я так… ты понимаешь, что Клавдия, хотя бы из уважения к самой себе, сообщит о невыполнении приказа.

— Я и ей не дам взрывать.

— Я не о том. Она закроет тебе космос.

— Знаю, знаю!

Павлыш резко поднялся. Прибор матово поблескивал в руке.

— Ты не ответил, готов ли ты отказаться от космоса?

— Салли, милая, не говори глупостей. Вопрос не в отказе или согласии. Что бы ты сделала?

— Я спрашивала тебя, а ты отвечаешь вопросом.

— Вот контейнер. Действуй.

— Я бы сделала то же, что и ты.

— Тогда мы вместе не полетим. Остаток дней проведем на Земле. Ничего страшного.

— Ты дурак, и я тебя люблю, — произнесла Салли.

Павлыш спустился по трапу, что они привезли с собой, снег вокруг корабля был истоптан ими, но ветер быстро заметал следы.

— Закрой шлем! — крикнул Павлыш снизу. — Простудишься.

Салли спрыгнула. С трех метров она ударила по насту так, что провалилась почти по пояс. Пришлось выбираться.

Ей стало весело. Потому что была ясность. Ясность не только мгновения, но и окончательного решения.

— Если они шли, — сказал Павлыш, держа прибор в перчатке на руке, вытянутой вперед, — если они покинули корабль, а я в этом почти не сомневаюсь, они должны были постараться выбраться из гор. В долину, к лесу. Зимой эта задача невыполнима. Но у них не было другого выхода.

Если я прав, то мы найдем кого-то из них. Под снегом.

Веселье Салли исчезло.

— Не надо.

Но Павлыш уже вел вокруг себя биоискателем, внимательно глядя на стрелку. Он словно не слышал ее.

— Потом, — попросила Салли. — Не сегодня. Оставь их в покое.

— Ты не поняла, — объяснил Павлыш. — Мне важно узнать, в какую сторону они пошли.

— Почему?

Павлыш заметил, как дрогнула стрелка, и медленно пошел по жесткому насту в ту сторону.

Салли шла рядом.

— Потому что они могли выйти отсюда.

— Это наивно. Так быть не могло.

— Салли, милая, ты накладываешь на других людей собственные ощущения.

Тебе эта планета кажется смертельной. Ты убеждена, что на ней нельзя прожить и минуты без скафандра. Ты думаешь так, потому что живешь в комфортабельном помещении, дышишь стерилизованным воздухом, пьешь дистиллированную воду. Представь себе, что у тебя нет выхода. Или смерть, или приспособление.

— Тогда лучше смерть, — сказала Салли убежденно.

— Смерть никогда не лучше.

Стрелка дрогнула. И пошла влево.

— Это как детская игра, — проговорила вдруг Салли.