Избранница Хозяина холмов

Всадник явственно дёрнулся и, медленно повернув голову, наверное, посмотрел на свой мгновенно истлевший рукав. На его оголившейся из-под ткани бледной коже наливался краснотой выжженный отпечаток моей ладони.

— Лучше не приближайся, — предупредил Всадник, разозлившись.

— Не трогайте его! — рявкнул Харелт. — Это опасно. Он может утянуть вас в глубины Сида, откуда вы не найдёте выхода.

Да, я ещё помнила, как однажды он пытался проделать со мной такое. Но теперь я была готова. И не желала слушать извечные предостережения друида. В конце концов, я потомок сидхе! Неужели не совладаю с каким-то там духом?

Если это причиняет вред Всаднику, значит, я буду трогать его. Да хоть всю Охоту! К тому же охотники заметно заволновались. Их больше похожие на тени фигуры начали перемешиваться, превращаясь в одну сплошную чернильную массу.

— Уходите все! — Я проскочила мимо Всадника и оттолкнула ближайшего ко мне охотника, который зашипел, словно попавшая на горячий камень вода. Красный след моей ладони едва не расплавил его доспех. — Не приближайтесь!

Я говорила всё громче, проталкиваясь между охотниками и всё больше смешивая ещё недавно ровный круг. Они явственно сторонились меня, но пока не уходили. А всадник, оправившись от ожога, вдруг двинулся ко мне.

Я выставила перед собой руки.

— Не трогайте! — обречённо повторил Харелт, который пока ничем не мог мне помочь.

Но я, неожиданно для самой себя ринулась навстречу Всаднику, вытянув перед собой руки. Тот не успел остановиться. Тени охотников зашлись высоким гулом, словно что-то их напугало.

И когда я ладонями со всей доступной силой толкнула духа, что-то зашипело, затрещало — и меня ослепило яркой вспышкой. Она заполнила желтоватым светом всю голову. Объяла ощутимым теплом, словно из-за туч вдруг выглянуло солнце.

Меня отбросило назад — и я упала на постель Атайра, Попыталась подняться, но вдруг ощутила себя такой пустой, словно меня раскололи, как старый кувшин, и выбросили.

Когда волна невыносимого света схлынула, я всё же попыталась открыть глаза: вокруг никого не было, кроме неподвижно лежащего на постели Атайра. Казалось, мне и дышать-то тяжело. Потому я решила, что раз Охота ушла, то и мне слегка перевести дух не мешало бы.

Но не успела толком подумать над этим, как его высочество протяжно вздохнул и открыл глаза.

— Надеюсь, вы мне не мерещитесь, — проговорил он хрипло. — И не снитесь.

— Поверьте, только что я видела гораздо более страшные вещи. — Я с трудом повернулась на бок, собираясь вставать. — И даже не во сне.

Однако большая неловкость — оказаться в постели принца, почти вплотную к нему прижавшись, когда он так резко очнулся. Перевела дух, называется. Надо бы скорее сбежать, пока нас в такой двусмысленной ситуации не застал лекарь.