Изгой

Старшая сестра в большой семье, где экономили каждую копейку, чтобы я могла учиться. И что теперь — безызвестная труппа Новикова? Кордебалет? Частные концерты вип персонам? Чего я добилась? Слезы навернулись на глаза, и я отошла к окну на лестничной площадке, распахнула его настежь и вздохнула полной грудью. Школу балета я окончила с отличием, теперь мне нужна была работа. Постоянная, в этой труппе, в театре. Самой лучшей в столице. По лестнице спустился известный хореограф, он был в комиссии несколько минут назад. Я его хорошо знала, он преподавал в нашей школе.

— Александр Игнатьевич, простите….

— А, Дианочка? А ты почему не уехала? Ответы будут через несколько дней.

Я сама от себя не ожидала такой отчаянной наглости, но схватила его за руку и прошептала:

— Скажите мне сейчас, пожалуйста. Я вас умоляю, я могу надеяться?

Он тяжело вздохнул.

— Диана, ты, несомненно, талантлива, у тебя могло бы быть великое будущее, но…

Всегда это проклятое 'но'. Почему в моей жизни без этой приставки ничего не случается?

— Но без спонсора, покровителя туда тебе не пробиться. Я поставил тебе высокую оценку, а другие…другие получили приличную сумму чтобы в труппу попала другая девушка.

Он виновато потрепал меня по щеке.

— Не волнуйся. Такая красавица как ты не пропадет. Ты ведь у Новикова сейчас танцуешь, совсем неплохой коллектив. Концерты дают, платят хорошо. Что еще нужно? Сейчас многие в кордебалете. Не всем суждено становиться примами. Так что не горюй."

"Он ушел, а я заревела от этой несправедливости. ""Не горюй'. Да я волосы готова на себе рвать. Я готовилась к этим пробам несколько месяцев. Я работала как проклятая. Днем и ночью. Я отказывала себе во всем. Я даже не выступала с Новиковым — только репетиции. Как я мечтала, что мама с папой увидят меня по телевизору и будут гордиться, что воздадутся их старания, их вечная нищета и экономия каждой копейки ради моего будущего. В сумочке зазвонил сотовый и я автоматически ответила.

— Диана? Ну как? Мы за тебя все кулаки держали, — это Денис, мой партнер у Новикова.

Я всхлипнула и он все понял. Несколько секунд молчал, а потом сказал.

— Ну ты понимаешь, что на это место конкурс большой и пробиться очень сложно.

— Понимаю, — пропищала я, глотая слезы.

— Не плачь. У нас сегодня внеочередное выступление. Так что я даже рад, что ты к нам вернешься. Танцуем для Вышинского в его загородном доме. Там целый амфитеатр на улице и заплатят нам прилично. Для меня ты — наша прима. Так что вытри слезы и дуй сюда. Мы как раз репетируем, твоя замена приболела.

Я шмыгнула носом, и ответила, что скоро буду.

Вот и лопнули мечты как мыльный пузырь. Я вернулась туда откуда начинала. В никуда. Кордебалет — вот где мне место. Таким нищим оборванкам нечего метить в примы.