Измена. 100 дней боли

– Пойдём я отведу тебя!

– Нет, Рада останьтесь! – холодно произнесла она. – Вы в положении! Вам надо меньше ходить!

Почему то мне стало не по себе. Оставаться с ней не хотелось. Я резко встала и обняв Тима направилась к двери.

– Рада останьтесь!

– Покиньте пожалуйста мою спальню! – жестко произнесла совсем от себя такого не ожидая.

Тима с благодарностью посмотрел на меня и гордо вышагивая взял меня за руку и повел в сторону самой дальней двери, где, как я предполагала находила учительская.

Пётр Валерьевич высокий мужчина в очках с интересом посмотрел на меня. А я не отводила взгляд от Тима который открыл пухлый учебник и достав трафарет и белый лист, начал что-то срисовывать.

Он был поистине талантлив хоть и болен, на языке вертелось страшное слово чем, только я вслух произнести это не могла, да и не хотела.

– Вы так смотрите на него, Рада Анатольевна что даже не верится! Ваши отношения с Тимом наладились?

Я вздрогнула. Рада Анатольевна, я не могла к этому привыкнуть что меня зовут Рада. Вроде меня звали по-другому, совсем по-другому. Только как… Знаю что красиво и необычно.

– С вами все хорошо?

Я посмотрела Петру Валерьевичу прямо в глаза. В них читалось удивление, такое чувство что он меня давно знает, но как будто такой первой раз видит.

– Да, почему вы спросили?

– Просто никогда вас такой не видел, да и ваши отношения с Тимом всегда оставляли желать лучшего! Вы молодец! Беременность на вас хорошо влияет!

Мои пальцы сжались в кулак. А может попробовать…Хуже я думаю все равно не станет.

– Я просто ничего не помню!

Петр Валерьевич заморгал.

– Как это?

– Вообще ничего! – тихо произнесла я. – Будто я Рада и не Рада вовсе!

Он продолжал с удивлением смотреть на меня, а я устало опустилась на стул. Что со мной произошло? Определенно мне нужна помощь.

– Вы Рада Богдановская, жена очень богатого человека, нефтяного магната и уважаемого человека, Федора Богдановского! Да его имя наводит на многих ужас, но лично мне господин Богдановский не сделал ничего плохого! Вы моложе его, вам двадцать шесть лет, ему тридцать шесть! В браке несколько лет! Вы ничего не пили, Рада Анатольевна? Может вам что-то подсыпали и вам стало плохо? С вашим то тусовочным образом жизни! Это может негативно повлиять на ребенка, вы бы рассказали Рите, она за вас переживает!

– Кому?

Петр Валерьевич заморгал."

"– Рите, экономке, ваши родители погибли, а Рита воспитала вас, всегда была рядом! Вы не помните такую катастрофу? Простите если напомнил!

Я смотрела в стену не двигаясь с места. Рита… Это дама с орлиным носом воспитала меня? Господи, я даже родителей своих не помню. Определенно у меня амнезия.

– А кто мне Тим? – еле слышно спросила я.