Измена. Я не сломаюсь (СИ)

Костин тревожный взгляд и быстрый побег из кухни мгновенно выбили у меня почву из-под ног. Я сразу поняла, кто звонит.

Медленно и неловко, как заржавевший робот, которого, после долгого бездействия не слушаются руки и ноги, поднялась из-за стола, и пошла вслед за Костей. Я имела право знать, что происходит. Что ещё связывает его с Надей? Почему она ему звонит, хотя Костя уверял меня, что между ними давно всё кончено?

Молча, но не прячась, подошла к открытым дверям гостиной и остановилась в проёме. Костя стоял спиной ко мне посередине просторной комнаты, приложив телефон к уху. Вся его поза говорила о том, что он зол — напряжённая спина и плечи, чуть откинутая назад голова, будто смотрит на карниз над окном, далеко отведённый локоть руки, в которой держал телефон, широко расставленные ноги.

Меня он не замечал.

— Зачем ты звонишь?

Я не слышала, что отвечают ему в трубке, только видела, как сжимается и разжимается кулак парня.

— Нет… Нет… — Костя буквально выплёвывал ответы оппоненту, через короткие промежутки времени.

— Надь, ты дура, что ли? Русский язык не понимаешь? Что тебе было неясно в нашем последнем разговоре?

Костя молчал буквально секунду, слушая Надю и не выдержав, прервал её:

— Я люблю другую. И да, она прекрасная, нежная, умная девушка. Яркая и тёплая, как солнышко. Самая замечательная! А ты просто отвяжись наконец от меня! Здесь тебе больше ничего не светит. Сколько можно унижаться?

Что там говорила ему в трубку Надя, я не знаю, но видела, как злится Костя. Слышала, как прорезаются в его голосе стальные нотки.

— Я так понимаю, что моё желание нормально и цивилизованно расстаться, ты приняла за мою слабость. Тогда скажу тебе прямо. Тем языком, который ты привыкла понимать — иди на….

Я впервые слышала от Кости такую грубую брань. Даже ойкнула от неожиданности. Костя повернулся и окинул меня нечитаемым взглядом. Всё его внимание было сейчас поглощено разговором с Надей и попыткой донести до неё своё мнение:

— Мне пофиг! Можешь к моему бывшему другу или к своему морячку. Здесь больше духа твоего не будет! Никогда!

Костя отвёл телефон от уха и не глядя нажал на отбой. Внимательно смотрел мне в глаза, пытаясь уловить мою реакцию.

— Прости. Я не знал, что это она, а так бы не взял трубку.

— Ты ругался матом. — единственное, что я смогла выдавить из себя. — Я никогда не слышала, чтобы ты матерился.

Костя тяжело, даже как-то обречённо вздохнул:

— Достала она меня. Совсем за дурака, что ли, принимает? Или слов нормальных не понимает? Вроде неглупая.

Быстро преодолел расстояние между нами и обняв меня одной рукой за плечи прижал к груди.

— Я так люблю тебя, Агата. Прости, что тебе пришлось услышать этот разговор.

В этот момент в его второй руке снова зазвонил телефон.