Измена. Я не сломаюсь (СИ)

— Я приложила к заявлению справку из травмы о побоях и копию постановления о возбуждении уголовного дела против Дениса и его дружка. Женщина-судья как эти документы увидела, сразу печать бахнула на бумажку о разводе. И всё! Я свободна!

Вика радостно обняла меня и засмеялась.

— Поздравляю, сестричка! Ты снова вольная птица!

Я вскочила с дивана и подбежала к старинному буфету. Там, за стеклянной дверцей у меня стояла припасённая бутылка вина. Вика поднялась следом за мной, не понимая, что я задумала.

— Предлагаю отметить! — я развернулась к ней и потрясла над головой бутылку и пару гранёных стаканов. Бокалами я пока не обзавелась, но хозяйские стаканы, найденные в глубинах старого кухонного стола, отмытые и натёртые до блеска, вполне могли заменить их.

— Ура! За новую жизнь! — подхватила мою идею Вика и смеясь принялась кружить меня по комнате.

— Ух, я бы ему! — выпив полбутылки, мы захмелели и в моей, всегда разумной и спокойной, подружке проснулся воинственный дух. — Я бы устроила и ему и мамаше его! Агата, как жалко, что меня не было рядом.

Вика слезливо шмыгнула носом, и тут же сердито потрясла кулаком.

— Ну какие твари, а? Муженёк твой вообще сволочь, я бы его кастрировала на месте. Я умею! — пьяненько кивала Вика. — Там вообще несложно, чик, и всё!

Я смеялась над кровожадными фантазиями подружки. Моя бесстрашная и упёртая подруга не боялась ни бога, ни чёрта, ни вида крови. Так и представила её в белом халате, хирургической шапочке и щёлкающей ножницами в руке.

— Да брось, ты Викусь. Руки об него только марать.

После пьяного веселья и смеха на меня накатила волна грусти

— Я и сама виновата. Стала бесхребетной амёбой. Не хотела ничего видеть дальше своего носа. Погрязла в своём горе.

Вика обняла меня, а я хлюпала носом и продолжала корить саму себя."

"— После папиной смерти мы были в таком шоке. Я жила в каком-то угаре. Мама стала совсем плоха, а я ничего не могла поделать, не могла ей ничем помочь. Металась между университетом, больницей, аптеками, врачами. Ещё надеялась на что-то. А всё было бесполезно. И никого не было рядом. Только Денис.

— Прости меня, Агатка, прости! — плакала рядом подруга.

— Да за что, Вик? Чем ты смогла бы помочь?

— Меня рядом не было, ты совсем одна там была. Без под…держ. ки! — икала рыдающая Вика.

Мы уже не раз говорили с ней на эту тему, но её всё равно мучила вина. Зря я снова завела этот разговор. Будто в очередной раз упрекала её за что-то. Только Викиной, вины тут совсем не было.

— Денис рядом был. Постоянно. Может, и была у него тогда цель, но как я могла ему не доверять? Вик? Как не верить человеку, который прошёл с тобой и горе и радость? Кому тогда верить? — разочарование разливалось горечью на языке. — Вот я и расслабилась. Ничего вокруг не хотела замечать.