Измена. Яд твоей \

Со словами: «Может, хоть этот подарок не испортите, как предыдущий…»

Ну, сын сначала проорался, потом сунул нос в документы, а там собственником указан отец. Моя крошечка процитировал почтальона Печкина:

- Принес вам посылку. Только я вам ее не отдам…

От подарка отказался и гордо ушел, засунув ключи папеньке в нагрудный карман.

Моя прелесть.

А теперь сидит злющий. И несчастный.

- К чему нам этот элитный рысак, сын мой? На какие средства мы будем его кормить и содержать? – пыталась утешить ребенка, хоть как-нибудь, ведь от давней мечты отказался же.

Мой герой."

"- Знаешь, я думал, что он, ну, хоть как-то попробует извиниться… – мрачно сообщил Кир.

- Ох, хороший мой, чтобы извиняться, надо признать вину. А у Олега всегда виноват кто угодно, но только не он сам.

- Вот-вот, – печально покивал головой ребенок и положил себе еще кусок торта.

День катился своим чередом: юристы отчитались, что документы на переоформление права собственности на дом подали в «Росреестр», главный инженер холдинга, Иван Семенович, прислал примерную смету со сроками выполнения работ (хоть и без указания стоимости) и сказал, что подъедет на встречу и за визой на документах к нам домой, сразу же, как мы покинем клинику.

Друзья, одноклассники и сокомандники поздравляли мою крошечку с восемнадцатилетием: писали, звонили, слали забавные видео.

Ближе к ужину я начала робко выдыхать, решив про себя, что вроде обошлось, но…

Трындец этого дня еще не закончился, увы, и продолжение нам перепало в десять часов вечера, когда даже Кир сказал:

- Ну, что? Походу, мы еще легко отделались.

Снова блямкнуло сообщение в чате, снова мой сын, мрачнее тучи, умчался на улицу.

А когда вернулся, на нем лица не было.

Тут сплохело уже мне.

Я и так весь день сознательным усилием воли подавляла все воспоминания о нашей жизни с Олегом. О том счастье, которое, мне казалось, у нас было, о радости, о надежде, что когда-то ситуация изменится: он сможет оформить развод, и мы станем наконец-то настоящей семьей.

Сегодня воспоминаний было очень много, и мне было особенно больно и тяжело.

Кирилл опустился в кресло у моей постели, взял за руку и уткнулся лицом мне в ладонь: всегда так делал с детства, когда волновался. Вроде бы спрятался.

В напряженной, тревожной тишине прошло минут пять, а потом бахнуло:

- Я думал – дно, но снизу постучали. Ты не поверишь, мам. Он мне, знаешь, что в итоге подарил? Половину акций холдинга. Ты понимаешь, какой продуманный гад, а?

Переглянулись с тоской во взглядах.

Да, отличные мозги. Что уж.

Отомстить Олегу через лишение его предприятия госконтрактов не получится, потому что доход Кира оттуда же.

- Не грусти. Мы с тобой не спеша еще какую-нибудь гадость придумаем.