Измена. Яд твоей \

Склонился к уху:

- А за счёт каких средств вы предполагаете стройку начать? На второй этап уже будут деньги от новых завершенных проектов, но начинать?

На мгновение прикрыла глаза, а потом выдохнула то, чем маялась полночи:

- А тут мы возвращаемся к Вашему предложению, – и глаза скосила на него.

- К которому из? - и улыбается опять.

Да что ж такое!

И нет, ну, вы посмотрите на него, подмигнул. Он меня за кого принимает?

- Который не про похороны. Вы говорили о достойной цене, поэтому слушаю вас: сколько, в вашем понимании, стоит девятипроцентный пакет акций нашего холдинга?

- Снимаю шляпу. Я так понимаю, что он стоит как раз столько, сколько и первый этап строительства Галереи?

- И еще наш ФОТ[2] на это время.

- А не слишком ли дорого?

- Ну, дело ваше. Думаю, Адель Варисовна и Иван Семенович согласятся, что первый этап, даже с небольшой надбавкой – невелика цена за возможность высказывать невозбранно.

Зуев остановился у дверей в зал, развернулся ко мне и, поднеся мою напряженную кисть к губам, выдохнул:

- Уговорила. Столько он и стоит.

Руку постаралась поскорее отнять и улыбнуться не слишком нервно:

- А теперь давайте совместно с другими держателями акций подобьем бюджет, оценим загруженность строительных бригад и сформируем новый график. С поправкой на реальность.

Открыв перед нами дверь и пропустив Андрея вперед, Сергей Сергеевич проводил меня к месту во главе стола совещаний. А выдвинув кресло и помогая устроиться, негромко сообщил:

- Прав был Олег Михайлович: если кто-то и способен все это разрулить, то лишь вы, Нонна Аркадьевна.

Скривилась очень выразительно и совершенно не скрываясь.

- К сожалению, мысли Олега Михайловича на хлеб не намажешь и в банк, как кредитный залог, не отнесёшь, поэтому давайте уже работать.

И мы приступили.

А в обед меня ждал не только суп, салат и зеленый чай, но и очень подробный график. Но уже лично-оздоровительный. И в комплекте с нашим новым графиком производства работ на объектах капитального строительства он угрожал свести меня в могилу.

- Андрей, это нереально, – выдохнула устало, подняв глаза от листа с диаграммой моей недельной занятости. – Мне что, во вторник и четверг вообще не спать? В моём преклонном возрасте четыре часа на сон – ни о чем.

Сидящий напротив телохранитель, в перспективе – личный тренер, вздохнул:

- Нонна Аркадьевна…

- Можно просто Нонна. Представляю, какой фурор я произведу в тренажерном зале с таким именованием.

Краткий кивок и уверенное:

- Нонна, максимум, что мы можем сделать: сейчас убрать все силовые нагрузки, оставить растяжку и кардио, но только на две недели.

Потерла виски, снова разболелась голова. Нет, бессонные ночи – зло:

- А потом мне предлагается лечь и умереть? Как я после таких нагрузок пойду читать лекции?

- Нонна. Надо.