Измена. Предателей не прощают (СИ)

- Смеешься, да?

- Да! А если серьезно – хорошая она, Леш. И достойна она хорошего. – мама вздыхает, - А как там у вас сложится – я же не знаю. Я хочу, чтобы все получилось. Васька в ней души не чает. А он у нас в людях тоже разбирается. Так что - дерзайте. А если совсем все хорошо получится, то я и еще со внуками посижу. Мне в радость будет.

Молчу. Не мое дело чужие секреты обговаривать. Но может надо как-то им самим… чтобы потом вопросов не было, что малыш раньше срока появился, все дела…

- Наверное Марина сама тебе должна рассказать. – выдыхаю я.

- А что тут рассказывать – беременна она. – пожимает мать плечами, - Да не смотри ты так. Не говорила она мне нечего. Но я поняла. Вроде как не слепая и жизнь прожила. Женщина, она, когда ребеночка носит, светится изнутри, как солнышко. Вот и Маринка сейчас такая. Ты-то сын, что думаешь? Малыш же не твой…

- Я люблю ее, мам. А ребенок… это значения не имеет. Воспитаем.

Мать вскакивает ко мне и обвивает руками со спины."

"- Дай я тебя обниму. Ты послушай меня. У тебя Васька есть. У нее Петька будет, а там вместе и Машу сделаете. – она чмокает меня в макушку, как в детстве, - Места всем хватит. Главное любите друг друга. И к мужу ее не пускай. Подлец он. Чует мое сердце, что еще попьет он крови Маринки. Поезжай к ней, сын. Все, хорош сидеть.

- Мам, да что случилось то? – уже начинаю закипать. – Свидание, у тебя что ли? Так и скажи.

- Да, вот и скажу! А ты решишь, что из ума выжила.

Мама идет на место, схватит по пути салфетку, какое-то время нервно ее теребит и наконец кидает бумажный комочек на стол.

- Сон сегодня был. Плохой очень. Приснилась мне Маринка. Вся змеями какими-то черными опутана, я этих змей снимаю с нее, снимаю, а они на нее лезут и душат и кровь пью, как пиявки. И она такая тоненькая лежит, словно не живая. – мать поднимает на меня растерянный взгляд, - Проснулась, а сон из головы не выходит. Утром испугалась, что она из спальни не выходила. Зашла к ней тихонько. Дверь открываю, и вижу, лежит Маринка и не дышит. А вокруг куча черных трубок и вся кровать в крови.

- Мам! Это ты опять про сон? - не понимаю, - Я что-то уже запутался.

- Да нет, в том то и дело. Я это прям… ну увидела словно! В живую. А потом ладонью по лицу провела и смотрю - она спит в кровати, все как обычно. Не знаю, я что это было. Из ума выживаю, видимо. Вот весь день сердце не на месте.

Вздыхает мать горестно.

- Не бери в голову, мам. – беру ее старенькие пальцы в свою ладонь и нежно глажу, - Все хорошо будет. Вот увидишь.

- Ты скажи мне, Леш, ты с ней поговорить собрался?

У меня неприятно сосет под ложечкой. Понимаю, куда она клонит. Глубоко вздыхаю.

- Хочешь я сама поговорю? - неверно трактует она мой вздох.

- Да нет, мам. Я сам.

- Леш, если тебе сложно, то давай я. Между нами девочками, так сказать? Но я без твоего разрешения не буду.