Измена. Вернуть любовь (СИ)

Сейчас я работаю в небольшом коллективе, но работы выше крыши, поэтому часто приходится задерживаться, отчего нередко устаю и, вернувшись домой, сразу же валюсь спать. Глеб, конечно же, постоянно ворчит на меня за это и уговаривает пойти работать в ЧОП или в “GNESTER”, но я постоянно отказываюсь. Не хочу больше смешивать личное и рабочее.

С Сашкой мы не общаемся, точнее, я позвонила ему лишь однажды, чтобы сказать, как он меня разочаровал и уничтожил какое-либо доверие к себе. И я, чёрт подери, понимаю, что он заботился обо мне все эти года, реально тянул и помогал. Но… не могу просто взять и сделать вид, что всё отлично. Подумаешь, Сашенька знал о каждом моём шаге столько лет. Это как рыться в чужом белье изо дня в день. И главное, то, что он сделал со мной и Глебом. Развёл по разным берегам. Хотя опять же он это делал из лучших, как ему казалось, побуждений. Грёбаный Белов, с его странным мышлением! Несмотря на всё это, глубоко в душе он всё равно для меня не чужой, но как же я зла и обижена! А потому, наше общение на паузе, и я не знаю, когда вновь научусь ему доверять.

Анаит наконец-то нашла отличную квартиру и переехала от Сашки, и теперь мы видимся намного чаще. С Глебом они спелись на раз два, чему я безумно рада! А ещё, как бы удивительно это ни звучало, но сплетница — Наташка Рузич, теперь моя подруга. Несмотря на её болтливость и порой, ладно, скажем как есть, часто дурной характер, девчонка она добрая и может быть верным другом."

"Из неожиданного за этот месяц, пожалуй, случилось то, что не так давно Глеб приехал ко мне домой в компании Миши и Дамира, оба были изрядно потрёпанные, с разбитыми лицами и грустные. Парни в руках держали цветы с конфетами и потухшим голосом, просили у меня прощение. Ведь пять лет назад, когда мой муж избил меня и сломал рёбра, Миша знал об этом, но никак не оказал помощь. А Дамир извинился за то, что в один из дней увёз меня к Шмелёву, не предупредив Глеба и за свою жёсткость, холодность в последнюю нашу встречу, перед тем, как приехали люди в погонах. Мне было неуютно и неловко, прошло столько лет, и боль тех событий я частично уже отпустила. Ещё мне стало жалко их, таких понурых и избитых, я же не глупая и догадывалась, чьих это рук дело. С осуждением косилась на Глеба, который делал вид, что не замечает моего взгляда и убирал за спину руки с разбитыми костяшками…

Конечно же, я не держала на них зла и простила, тем более, как оказалось, Кренц сам лично пришёл к Глебу и рассказал о той ситуации. Сказал, что много раз вспоминал это и винил себя за абсолютно не мужской поступок.

А потом мы вместе пошли пить чай.

— Кстати, надо вас с Ларисой получше познакомить, — Глеб высказал мысли вслух. — Мне кажется, вы подружитесь.