Изменить себя

Я мигом проснулась и высунула наружу кончик носа – больше не выходило.

- Держись, Элиза, - промурлыкал кот. – Я пока не отважусь ходить по дворцу белым днём, только ночью, но мы все с тобой! И если нужно куда-то проникнуть, что-то принести или где-то напакостить – только позови, мы готовы! И подрать кого-нибудь мы тоже завсегда!

Коты – страшные враги, их нельзя недооценивать, и дураки те, кто так делает. А я не буду. Я просунула пальцы сквозь решётку и погладила кота по носу. Живём, да?

Утром я спала, пока не загрохотал ключ в огромном замке, запирающем дверь моей каморочки. Тут пришлось вскочить и смотреть – кто пришёл.

Мне принесли поесть, и я, как обещала, сунула в карман половинку хлебной корки – отдать мышам, если придут. Но вскоре дверь отперли снова.

- Выходи, - сказал мне стражник. – Король желает говорить с тобой.

2.

Я прямо воодушевилась – король желает говорить? Король бывает разумен, когда думает сам, а не повторяет за душенькой Лоэлией. Вдруг что-то сдвинулось в мире, и он готов рассудить по справедливости, а не абы как?

Меня привели в тронный зал, и там уже сидели король с королевой, и стоял у трона королевы принц, и толпа придворных на месте – всё, как полагается. Только, прошу заметить, ни одного гвардейца, ни в форме, ни без оной. С чего бы это?

А возле трона короля стоял Ланс, сэр Ланселот, и как увидел меня, глаза так и вспыхнули. Что тут вообще происходит, куда ветер дует?

- Преступница доставлена, - пробурчал стражник.

- Благодарю, - кивнул король.

- Видите – жива и здорова, ничего с ней не сделалось, - пробурчала королева и поджала губы. – С такими ничего не делается!

- Ваше величество, я прошу дозволения говорить, - обратился к королю Ланс.

- Извольте, сэр Ланселот.

- Эта девушка заслуживает уважительного отношения к себе. Во-первых, она – дочь вашего верного слуги, а во-вторых, сама служила вам верой и правдой, и готова служить дальше.

- Отчего же она неуважительно отнеслась к принцу Тристану? – буркнул король. – Тому есть много свидетелей!

- Я прошу вашего дозволения выслушать ещё одного свидетеля!

Королева и Тристан переглянулись и ничего не сказали, король же важно кивнул – пусть, мол, говорит, послушаем.

В зал вошёл мой коллега по той памятной страже Антуан – как положено, чеканя шаг и всё такое, вошёл и поклонился.

- Говорите, - кивнул ему король.

- Благодарю за дозволение, ваше величество, - кивнул Антуан.

И начал рассказывать о том, как мы с ним стояли на страже, как учуяли неведомый запах, очень сильный и резкий, как начали чихать, а потом я упала без чувств, а он остался стоять. Догадался перевязать лицо шарфом, чтобы не дышать неведомой гадостью, но руки слушались плохо.