Изнанка миров

Атласы и справочники лежали отдельно, магические свитки в другом месте, еще одну ячейку занимали две книги с необычными рисунками на обложках в виде монаха, медитирующего в форме лотоса, и с вскинутой в ударе руки. Единственное пояснение, что получил: это книги навыков и техник. Всё это вместе заняло почти половину места в хранилище и около четырех килограммов веса.

Хотя чуть подумав, одну из них я всё-таки положил на пол. Малый атлас садовода, тебя я уже успел изучить. Отлично, освободившиеся триста грамм веса занял мешочек с разнообразными монетами. Не зря же ведь их Грул собирал по всему монастырю. Значит, чего-то они да стоят. Ещё несколько мешочков монет занимали две ячейки и отняли пару килограмм веса.

Оставшийся вес поделили зелья, семена из разгромленного сада и пара богато украшенных подсвечников из зелёного камня, показавшихся мне необычными и дорогими. С сожалением глянул на груду вещей, лежащих сейчас повсюду. Я смог лишь тоскливо вздохнуть. Возможно, я упускал ценное, но больше забрать ничего не мог. И лучше взять что-то легкое и недорогое, чем пару смятых шлемов или тесаков.

Я уже собирался активировать кнопку выхода, когда за спиной раздался звон ключа, выпавшего из сундука, словно что-то его вытолкнуло наружу. Обернувшись, подошёл ближе, подняв его с пола, заодно и взглянув на изящный сундучок, который им пытались открыть.

Выглядел он так, словно его вырезали из горного хрусталя с золотистыми прожилками, бежавшими внутрь него. Всю поверхность сундука покрывала сложная резьба, завитки, углубления, созданные как будто случайно, лишь повинуясь воле и фантазии мастера. Тем не менее вместе они создавали что-то осмысленное и осознанное, но неуловимо ускользавшее от меня, смутно напоминая нечто, увиденное когда-то давно.

Я смотрел вперёд, а перед глазами всплыла картинка из прошлого. Книга с рисунками, принесенная мамой с работы, в ней были цветные, казалось, хаотичные пятна, разбросанные на листе, но стоит, зафиксировав взгляд, начать медленно отводить голову назад, и они постепенно сливаются, и из мешанины пятен проступают: деревья, звери или люди. Впервые это увидев, мне это казалось настоящим волшебством, и сейчас я словно вновь оказался в своем детстве, увидев нечто похожее перед собой.

Как будто сомнамбул, зафиксировав взгляд на одной точке, не дыша я начал постепенно отодвигаться назад, боясь вспугнуть удачу. Стоит лишь вздрогнуть, отвести взгляд, и всё пропадёт. Где-то на краю сознания разум отсчитывал время, страх ошибиться и вовсе пропал. Забыв обо всем, не отводя взгляда я вглядывался в мистическую круговерть завитков и выступов, мягкие переливы золота и света.