Кай из рода красных драконов 5

Но идеальное мертво, такова его суть. Потому всех живых создал я: и четвероногих, и крылатых, и даже таких дерзких, как ты.

— А дух Белой горы? — не поверил Нишай. — Разве не он создал волков и драконов?

— О, Дьайачы? — продолжал веселиться длинноволосый. — Она завелась, как плесень! Но заботится о моих созданиях. Пытается привить им всякие идеальные глупости, вроде любви, самоотверженности, долга. Сейчас они все погибнут самоотверженно вместе с ней, и я, может быть, создам кого-то ещё.

— Тебе нечем заняться, повелитель? — осторожно спросил Нишай. — Ты создаёшь людей, чтобы развлечь себя?

Вид человека, прикованного к земле волосами, был так чуден и странен, что колдун начал подозревать, что и в самом деле говорит с Эрликом.

— Не то, чтобы развлечь… — замялся повелитель нижнего мира. Вот ты же ешь, пьёшь, умываешься по утрам и стираешь одежду, верно? Разминаешь мышцы в упражнениях? Тренируешься с оружием? Для меня создание жизни — то же, что для тебя эти естественные потребности тела. Я могу ничего не создавать, как ты можешь не умываться. Но тогда моё естество становится неопрятным. Можно сказать, что люди, звери и птицы — предмет моих привычек и ежедневного туалета.

— А твои волосы? — осторожно спросил Нишай. — Они приросли к земле, потому что ты давно не творил людей?

— Да как ты смеешь! — оскалился Эрлик. — Это твои глаза не способны видеть величие моего облика! То, что кажется тебе волосами — это дракон, что пожирает сейчас таких же букашек, как ты!

Нишай прикусил губу: вот, значит, как? Дракон всё-таки привязывает Эрлика к земле?

Значит, если провал закроется, Эрлик свалится вниз, ведь только волосы удерживают его в серединном мире!

Эрлик мрачно уставился на Нишая, он уловил что-то опасное в его молчании.

— Так значит, огромный чёрный дракон — часть тебя, о, великий? — быстро спросил Нишай, плеснув на лицо восхищения. Он вырос при дворе и врать умел не хуже самого Эрлика. — Это, наверное, правитель всех чёрных драконов?

— Жаль, что он остался один, — ухмыльнулся Эрлик, и лицо его смягчилось. Как и люди, правитель нижнего мира тоже любил лесть. — Я создал когда-то двоих, — сказал он, доверительно улыбаясь Нишаю. — Чёрный дракон — это зависть, предательство, желание обладать. Да, это я создал его, но не нижний мир питает дракона, а ваша жадность, зависть желание убивать. Вам никогда не победить его, что бы вы не придумывали глупцы!

— А алый?"

"— Алый?.. — Эрлик задумался, вспоминая. — Он вышел благороден, честолюбив, яростен и беспечен. Без ума — это скверное сочетание. Он мёртв. Нет больше тех, кто ведёт его на земле.

— Но ведь Айнур ещё жив! — удивился Нишай.

— В нём нет силы алых драконов, — отмахнулся Эрлик. — Он последыш, бездарный магически выродок великого рода.