Как стать многодетной за один день

Максим затормозил, пропуская машину, но та остановилась рядом с площадкой.

Задние двери открылись, из них выскочили двое рослых мужчин и бросились к детям. С пальцев незнакомцев сорвалось голубоватое свечение, и все шестеро мелких бессознательно растянулись вокруг песочницы.

Максим бросился наперехват, но едва успел вырубить первого, как услышал знакомый голос:

— Пожалуйста, не мешайте нам, дайте закончить. Не преследуйте.

Горло сдавило, сердце неровно дернулось и замедлило бег. Руки и ноги налились свинцом, так что не пошевелиться.

Вампир обернулся. Позади него стояла Наталья — инспектор, та самая, что навесила на него ярмо долга, которое и не давало сейчас двинуться.

Из машины вышел еще один человек — помощник Натальи — и, опасливо поглядывая на вампира, принялся помогать переносить детей в минивэн.

— Зачем вы это делаете? Вы же должны помогать детям, куда вы их забираете? — прохрипел Макс. Из-за чертовой магии долга он даже не мог говорить нормально. Это ведь простейшие чары, одноразовое выполнение чужой воли. Как можно было так глупо попасться? Почему он раньше не озаботился тем, чтобы найти эту инспекторшу и снять с себя долг?

— Мы детям помогаем, — улыбнулась Наталья. — Мать в полиции, отец убит — куда им еще, если не к нам? А вам посоветую уехать из города, поскольку вы — первый подозреваемый в убийстве настоящего отца семейства.

— Что?..

Это все походило на сюжет безумного сна. Почему они говорят, что Света в полиции, и откуда узнали про Семена? Он ведь сам лично спрятал тело, да так, что и сам бы не нашел. За ним следили? Или…

— Это вы убили мужа Светланы?

— Нет-нет-нет. Это ты сделал, — доверительно шепнула ему Наталья и, подмигнув, села в фургон. — Приказал своим гипнозом ему сидеть дома, вот он и сидел, пока не умер с голода.

Максим же стоял, скованный оцепенением, и мог лишь смотреть, как увозят сына Виктора и детей Светы. Куда их повезли? В детский дом? В отделение полиции?

Чутье подсказывало, что тут все не чисто. Если бы эта самая Наталья действительно была на стороне закона, если бы действительно обвиняла его в преступлении, стала бы она похищать детей, подло обездвижив его, а не вызвав арбитров, чтобы арестовали преступника и забрали в Теневерс?

«Она хочет, чтобы я испугался обвинений и не лез в это. Хочет, чтобы скрылся, залег на дно… Чтобы бросил Светлану и просто сбежал, не стал искать ее детей».

Макс простоял без возможности двигаться около тридцати минут, а потом, когда оцепенение спало, просто рухнул на землю. Первым инстинктом было — бежать. Попытаться догнать проклятый фургон, найти место, куда отвезли детей.

Взявшись за телефон, поколебался всего секунду и набрал номер брата. Тот трубку не взял. Но Максим звонил еще и еще. Плевать. Сейчас не время для гордости.