Навязанная жена

– Привет, спасибо, – улыбаюсь я, уже привыкшая к тому, что Илья любитель расточать комплименты, хоть мой муж этого и не одобряет.

– Он меня звал, я зайду? – спрашиваю у него.

– Конечно. Он там один.

Я коротко стучу, прежде чем заглянуть в кабинет, но оказавшись за порогом, сразу же оказываюсь прижата к мгновенно закрывшейся за мной двери.

– Что ты делаешь?!

Максуд обрывает мой протест жгучим поцелуем. Тяжелое тело придавливает меня к твердой поверхности, а нетерпеливые руки шарят по платью в поисках молнии, пока губы безжалостно терзают рот. В ноздри бьет запах его тела в сочетании с парфюмом, который действует на меня, как на собаку Павлова. Я сдаюсь, обхватывая руками шею мужа и зарываясь пальцами в его волосы на затылке, жадно отвечая на поцелуй, но звук расстегивающейся молнии мигом приводит меня в чувство.

– Максуд, нет! – отталкиваю его, отворачивая голову, но он продолжает целовать мою щеку, спускаясь к шее и нетерпеливо рыча, словно самый настоящий хищник. – Илья за дверью, что ты делаешь?!

– Он ушел на обед пораньше, – тяжело дыша, говорит мужчина, снова наклоняясь к моим губам, но я припечатываю его бесстыжий рот ладонью, зарабатывая раздраженный взгляд и вопросительно приподнятую бровь.

– Ничего он не ушел, я только что с ним говорила! И вообще, что на тебя сегодня нашло? Я же говорила, что не хочу никаких вольностей на работе.

– Ты же сама сказала утром, что у тебя уже прошли «эти» дни, – хмурится мой слишком пылкий муж. – Я не могу терпеть до конца рабочего дня. Я и так терпел почти неделю!

У него такое несчастное выражение лица, что я не могу сдержать смешок. Мы женаты чуть больше месяца и он впервые столкнулся с моими женскими днями, которые ограничивают доступ к телу. Это, конечно, не останавливало нас от поцелуев и легких ласк, но я пресекала любые его попытки перейти к большему. Поэтому и совершила ошибку, сообщив по дороге на работу, что горизонт чист. Надеялась порадовать его, потому что он с утра был дико напряженный, но не учла того, что терпение этого большого избалованного ребенка может лопнуть в самый неподходящий момент.

– Ну, давай один разочек? В качестве исключения, – умоляюще смотрят на меня глубокие темные глаза, и я почти сдаюсь, потому что не могу перед ним устоять, но мысль о том, что Илья нас услышит бьется на подкорке.

– Твой помощник прямо за дверью, Максуд, – повторяю ему, ласково гладя большим пальцем по колючей щеке. – Потерпи до вечера, ладно? Можем даже не ужинать, потом закажем доставку.

– Я же не могу сосредоточиться на работе! – продолжает давить на жалость хитрый жучара.