Навязанная жена
Он все время смотрит, поедает меня глазами, но никто этого не видит или предпочитает не замечать. В доме своего мужа я не невестка, а навязанная старейшинами нахлебница, под одной крышей с которой муж не провел ни единой ночи, предпочтя уехать в столицу. Подальше от меня и от вынужденного брака, заключенного во имя сохранения мира между семьями, которые истребляли друг друга уже три поколения из-за кровной вражды.И только он – дядя моего мужа, не просто терпит, а безумно жаждет моего общества. Его намерения порочны, а мысли грязны. Он почти перестал сопротивляться своему греху, и я до смерти боюсь его. Потому что один его взгляд выражает больше, чем тысяча слов.
– Уверена, мы с этим зайкой прекрасно проведем время, пока мамочка прихорашивается, да?
Амир в ответ срыгивает и я не могу сдержать смешок, тянясь за салфеткой, чтобы вытереть его ротик. Ну просто очаровательный малыш!
* * *– Ух ты, да он намного тяжелее Джалала! – говорит Максуд, впервые взявший Амира на руки, имея в виду сына Васима и Вики, которому Дада, наконец, дал имя, когда приезжал в Москву.
– Конечно, он же старше и намного пухлее, – улыбаюсь я, наблюдая, как мой муж старательно устраивает малыша поудобнее на своих руках.
Луиза завезла его на пару часов, так что сегодня мы впервые остаемся за нянек. Я поражена тому, с каким энтузиазмом Максуд воспринял эту новость. Оказалось, что моему мужу малыши нравятся не меньше, чем мне. Стоило Луизе исчезнуть за дверью, как он тут же взял ребенка из переноски, не дав мне и шанса.
– До чего же похож на Мурада, – пристально рассматривает его Максуд, пока маленький увлеченно сосет свой кулачок. – Ну просто копия!
– Да, по нему сразу видно, чей это сын, – улыбаюсь я, тиская крохотную ножку в белом носочке.
Мы садимся на диван и просто рассматриваем малыша в уютной тишине, пока он не подает голос, явно чем-то недовольный.
– Что это с ним? – беспокоится Максуд, передавая его в мои руки.
– Кормить рано, может ты его придавил?
– Нет, конечно! – возмущается муж. – Я его держал совсем легко. Посмотри в памперс, может он обделался? Что-то не нравится мне этот запах.
И правда, до меня постепенно доходит запах детской неожиданности и поняв в чем дело, я быстро стягиваю с малыша его ползунки и меняю подгузник на чистый, после чего он сразу успокаивается.
– Какие ножки, так бы и съела! – не могу удержаться, чтобы не поцеловать розовую пяточку, прежде чем натянуть на нее одежку.
– Да, в присутствии мужиков с ребенком не понянчишься, – вздыхает Максуд, наклоняясь, чтобы тоже поцеловать Амира в гладкую щечку, чем тот и пользуется, ухватывая его за бороду цепкими пальчиками. – Ах ты задира мелкий! Что, нравится моя борода?
Максуд осторожно освобождается из хватки хрупких пальчиков и берет малыша на руки, снова прижимая к груди. Мои эмоции просто зашкаливают от этой мимимишности. Ну кто бы мог подумать, что этот большой брутальный мужчина будет так мило смотреться с ребенком? Мне даже, грешным делом, хочется наброситься на него здесь и сейчас, таким сексуальным он выглядит в моих глазах. Только присутствие Амирчика и сдерживает.
– Надо нам родить невесту для этого перспективного жениха, – неожиданно предлагает Максуд, глядя на меня с хищным прищуром.
– Брак по договоренности? Серьезно? – качаю головой на это абсурдное предложение.

















