Навязанная жена
Он все время смотрит, поедает меня глазами, но никто этого не видит или предпочитает не замечать. В доме своего мужа я не невестка, а навязанная старейшинами нахлебница, под одной крышей с которой муж не провел ни единой ночи, предпочтя уехать в столицу. Подальше от меня и от вынужденного брака, заключенного во имя сохранения мира между семьями, которые истребляли друг друга уже три поколения из-за кровной вражды.И только он – дядя моего мужа, не просто терпит, а безумно жаждет моего общества. Его намерения порочны, а мысли грязны. Он почти перестал сопротивляться своему греху, и я до смерти боюсь его. Потому что один его взгляд выражает больше, чем тысяча слов.
– Твой муж пошел на поводу у семьи, как и я, но он все это время жил своей жизнью, а мне приходилось полностью полагаться на волю его семьи. Васим, все, кто тебя знает, говорит о тебе, как о порядочном и религиозном человеке, однако, я не могу с этим согласиться, потому что будь ты богобоязненным человеком, ты не обращался бы со своей законной женой таким образом. Разве ты не знаешь, что должен предоставлять всем своим женам не только одинаковое материальное положение и жилищные условия, но также и свое время, уважение и чувства? Если же ты не способен на это, а ты изначально не собирался жить со мной, то ты не имел права брать меня в жены. Это приравнивается к обману. Я не могу считать тебя человеком чести и я имею все основания требовать развода и возмещения за все, что пережила за этот год.
Васим краснеет до кончиков ушей и я знаю, что это не гнев, а унижение, потому что для него нет ничего важнее, чем жить так, чтобы не нарушать Божьей воли, но женившись за Зарине и потеряв Вику, он впервые в жизни пошел по эгоистичному пути. В конце концов, Вика простила его и вернулась к нему, но это не заставило его начать действовать в отношении своей второй жены и он не раз говорил мне, что это тяготит его, но он ничего не может с этим поделать. Признавался мне в своем малодушии, спрашивал совета, но что я мог ему подсказать? Мне непонятны его терзания и я не принимаю такой образ жизни. Я весьма далек от всего, во что он верит, и живу по принципу «Бери от жизни все». Ему тоже не помешало бы немного расслабиться, о чем я и сказал, вызвав вспышку гнева у этого святоши.
– Ты не имеешь никакого права унижать моего мужа в его же доме! – подбирается Вика, уничижительно глядя на Зарину. – Скажи спасибо, что он обеспечивал тебя все это время, хотя мог бы и не делать этого.
– Он этого и не делал, – горько усмехается колючка. – Все деньги, которые он отправлял, получала его мать и он прекрасно это знает. Никто не сказал мне, что я выхожу замуж второй женой! Если бы мой дед знал о твоем существовании, он бы этого не допустил несмотря ни на какие уговоры старейшин. Я из рода Ангелоевых. Наши женщины всегда были единственными женами. Мой дед отказывал и более богатым и родовитым семьям из-за того, что не мог допустить такого унижения, как звание второй или третьей жены для меня. Ваша семья обманула не только меня, но и весь наш род!
– Шамиль при нашем вчерашнем разговоре не казался удивленным от того факта, что у твоего мужа есть другая жена, – не могу я промолчать. – Он даже просил тебя быть терпимой.
– Возможно, до него доходили слухи, – оправдывает кузена Зарина. – Или он узнал об этом уже после свадьбы. Если бы Шамиль заранее знал о наличии первой жены, он не стал бы молчать об этом.

















