Навязанная жена

Я и сама усвоила это за тот год, что прожила рядом."

"Мы приезжаем в мой родной дом через час. Машина останавливается у массивных ворот, которые скрывают за собой дом моего детства. Во дворе нас встречает жена моего кузена Шамиля, которая хоть и выглядит удивленной, но вежливо со всеми здоровается и приглашает в дом. Дом, в который никогда не ступала нога Дады и мужчин его рода, даже в тот день, когда меня забирали отсюда в качестве их невестки.

Дада молча заходит, ведя нас за собой, и присаживается на кресло в гостиной.

– Я хотел бы поговорить с Каримом, если он дома, – говорит он Индире.

Та мнется, бросая на меня неуверенные взгляды с того момента, как мы зашли, значение которых я не понимаю.

– Я сейчас позову, – отвечает она, выходя из комнаты.

А через несколько минут вместо дедушки к нам заходит Шамиль.

– Добрый день, дядя. Тетя, – вежливо здоровается он. – Добро пожаловать в наш дом!

– Спасибо, – кивает Дада. – Я приехал поговорить с Каримом.

Шамиль напрягается, как и его жена, и я начинаю волноваться, не случилось ли чего с дедушкой, но следующие слова расставляют все по местам:

– К сожалению, дедушки нет дома. Он уехал в санаторий поправить здоровье и вернется не раньше, чем через две недели.

Я выдыхаю с облегчением, потому что раз в пару лет дед действительно ездит отдыхать в лечебные санатории и в этом нет ничего необычного, а вот Дада выглядит разочарованным.

– В таком случае, мы поговорим с тобой, – говорит он. – Дело в том, что я приехал сюда, чтобы вернуть Зарину в ее отчий дом, так как мой сын с ней развелся.

Шамиль не выглядит удивленным, ведь он знал, в какой ситуации я нахожусь после моего звонка по приезду в Москву.

– Что ж, очень жаль, – спокойно говорит он. – Видимо, такова их судьба, Бог лучше знает. Я надеюсь, что у семей не будет претензий друг к другу. По истечении срока идды, если до этого ваш сын не захочет оставить ее, мы заберем Зарину из вашего дома.

Мой срок идды еще не истек. Осталась пара недель. Это означает, что я должна прожить в доме мужа до конца срока, но Дада привез меня сюда. Конечно, так как мой муж не касался меня, я не обязана соблюдать этот срок, но ведь ни один мужчина не признает, что жил в фиктивном браке больше года. И тем более это не признает его семья, так как это отразится на репутации. Однако, Дада меня удивляет.

– И мой сын, и Зарина утверждают, что их брак был фиктивным, – морщась от досады, говорит он. – Не вижу смысла соблюдать срок идды. Я привез Зарину, чтобы оставить ее здесь. Ни о каком примирении не может идти и речи.

Шамиль удивлен этим признанием не меньше меня и даже не скрывает этого.

– И вы готовы это признать? Послушайте, для всех нас будет лучше, если мы не будем разглашать такие подробности.