Калибр Личности – 4

Тех самых, Старых, а не Новых, построенных Асклепием в угоду дани предкам. Всё же он сам произошёл от обитателей Земли.

В тот год Асклепий пошёл подмастерьем к лекарю, надеясь хотя бы разок в жизни увидеть вживую Зевса. Всё-таки летающий остров Олимпа постоянно парил над Грецией, курсируя между городами. Но небожители вели свою жизнь и редко спускались к коренным жителям Земли. Слишком для них мало маны, и разряжен астрал.

На всё той же голограмме на городскую площадь вышла молодая пара. Молодой Асклепий был мрачен как туча, погрузившись в мысли о том, как заработать деньги.

Он шагал, не видя толком, куда идёт. Любимая же порхала рядом. Эпиона всеми силами пыталась поднять настроение юному лекарю. Чмокнула в щёку, ткнула пальцем в бок… Асклепий что-то недовольно буркнул, обернулся, а любимой вдруг не оказалось рядом.

— Опять эти твои игры⁉ — юный лекарь крутил головой, но любимую так и не увидел. — Ну и ладно.

Нахохлившись, Асклепий продолжил путь, догадываясь, что любимая следит за ним и вот-вот сама нагонит. Прошёл от площади несколько кварталов, а Эпиона всё не появлялась. Забеспокоившись, лекарь пошёл назад, пребывая во всё том же мрачном настроении.

Вытянув шею, он вглядывался в переулки. Торопливо проверял магазины, которые могли увлечь любимую. Она порой могла забыть о времени.

«У нас нет денег!» – всегда в таких случаях говорил Асклепий."

"«Мне хватит и посмотреть. А ещё понюхать!» — с улыбкой отвечала Эпиона, поглядывая на красивые вещицы.

Проверив все магазины по пути, Асклепий прошёлся и по двум соседним улицам. Дошёл до закутка, которые он снимал за сущие копейки… Но и там не было любимой. В доме, где всегда чувствовалась женская рука, теперь царил непривычный холод.

Сорвавшись с места, Асклепий бегом направился на площадь. Ту самую, где он видел любимую в последний раз. Эпионы не было… Ни на улицах, ни в магазинах. Вообще нигде! Он до ночи бродил по Афинам, крича её имя… Его побили стражники, облили помоями горожане, но Асклепий продолжал искать.

Внезапно изображение в зале погасло…

«Чик,» – цилиндр с воспоминанием выскочил из паза, и голограмма в тот же миг погасла. Асклепий телекинезом притянул хранилище в свою ладонь и уже в который раз прочитал название, выгравированное сверху.

«Счастье хрупко»

Горюя по утрате любимой, Асклепий в той самой крохотной комнатушке пробудился как одарённый. Его чудовищно сильное родство с жизнью сразу привлекло внимание Олимпа. Ведь на Земле в те годы практически не было одарённых. Учёба на лекаря совпала с типом дара, и Асклепия сразу взяли подмастерьем к одному из целителей у небожителей.

Десять лет спустя, став магистром [4], будущий бог-целитель узнал правду о любимой. Эпиона приглянулась Зевсу — главной похотливой сволочи Олимпа.