Kalip

— Максуд, что за улыбка? Я чего-то не знаю? Он что, сбежал?

— Нет, — промурлыкал Максуд, — он здесь и готов предстать перед очами Аршада.

— Да, Аршад хотел его поблагодарить и отправить восвояси, он ему здесь не нужен, тратить на него время он не хочет, помня ещё его наглость и дерзость.

— Хорошо, — опять промурлыкал Максуд, — он его поблагодарит, а вот отправит восвояси — это вряд ли.

— Да что там с ним не так? — Гифар посмотрел непонимающе на Максуда.

— С ним всё так, даже очень так.

— Хватит! Пусть его приведут сюда. Немедленно!

Гифар гневно крикнул и дал распоряжение о приводе пленника к ним на террасу, где как раз они сидели на невысоких диванах, ожидая, пока слуги накрывали стол для обеда.

Максуд не стал противиться желанию Гифара. Он ждал и смотрел на него, ему сейчас нужно было увидеть, как поведет себя Гифар при виде пленника.

Ввели Кая. Он увидел Максуда и сразу узнал сидящего рядом с ним Гифара, подошёл к ним и замер, видя, что глаза Гифара сейчас вылезут из орбит.

Гифар видел приближение к себе невысокого юноши, который мягко ступал по ковру. Стройный, в дорогих одеждах, подчеркивающих его элегантность, смоляные локоны и лицо, глядя на которое Гифар потерял дар речи.

— Кто это? — не своим голосом произнес он, вставая с дивана, — мы с вами знакомы?

Кая всё это повеселило. Он звонко рассмеялся и протянул Гифару руку.

— Мы сражались плечом к плечу, я, кстати, тебя не поблагодарил, ты тогда меня пару раз мечом закрыл. Спасибо.

Гифар понял, кто перед ним — мальчишка, наглый, грязный, замызганный оборванец у самолёта, а потом там, с саблями, отбивающий врагов от Аршада. И вот теперь это он…

Гифар протянул руку, как во сне почувствовал уверенное рукопожатие, тонкие пальцы и небольшую кисть руки.

Максуд видел, что Гифара нужно спасать, иначе из ступора он так и не выйдет.

— Друзья мои, стол накрыт, пойдемте пообедаем. Наш пленник так и не желает сказать нам своего имени, представляешь, Гифар? — подталкивая к столу Кая, сказал Максуд так и стоящему в ступоре Гифару. Тот, наконец, очнулся, подошёл к столу и залпом выпил бокал вина. Видно, это вернуло его в его прежнее состояние.

За обедом царила непринуждённая обстановка. Кай уже освоился в обществе Максуда, а Гифара он вообще считал боевым товарищем, собратом по оружию, поэтому непринужденно болтал, отвечал на вопросы, рассказывал. Их разговоры были нейтральны. Кай чётко следил за нитью беседы и всегда, чувствуя наводящие вопросы, ловко уходил от них. Это понял и Гифар, который весь обед, хоть и начал разговаривать, но продолжал регулярно зависать, глядя на Кая. Он видел его манеры, его знание этикета, аристократические движения и то, как он, несмотря на шутливый тон, уходит от вопросов.