Камень. Книга 3

В машину я садился около пяти вечера.

— Как прошло? — поинтересовался Прохор.

— Нормально. По дороге расскажу. Я должен успеть домой, гости же к семи будут! А ведь ещё переодеться надо, всё проверить и наших девушек успокоить.

— Бабушка одумалась? — одними губами меня спросил воспитатель, на что я с улыбкой кивнул. — Понял. — повеселел Прохор и толкнул в плечо моего водителя. — Дима, гони! Великий князь опаздывает! И своим по рации передай, чтоб не отставали…

* * *— Как тебе беседа с нашим внуком, Мишаня?

Император с князем Пожарским только что проводили Великих князей, расположились в рабочем кабинете Николая и пили чай с мятой.

— Растёт парнишка. — Пожарский поставил чашку на столик. — А твои обвинения в том, что мы его воспитывали по принципу не верь, не бойся, не проси, считаю совершенно беспочвенными. Нормально его воспитывали, если учитывать факт отсутствия отца и матери. У Лёшки просто от природы характер такой, да и тренировки с Прохором внука закалили. Ты же ему «Георгия» не за красивые глаза дал? — Император промолчал. — А то, что сегодня с Лёшкой именно такой разговор состоялся, считаю правильным, может у него хоть что-то и отложится в голове.

Уверен, — усмехнулся князь, — этот разговор был не последним, Коля.

— Мне, почему-то, тоже так кажется. — хмыкнул Николай. — Но прогресс, Мишаня, в поведении внука налицо. Насколько мне восстановили картину ночных событий, Лёшка сначала выслушал Вяземскую, затем начал обоснованно переживать за Алексию и заставил её вызвать отца, обсудил с ним текущее состояние дел, узнал об очередной Машкиной провокации с этими концертами и решил незамедлительно действовать.

Причём, я уверен на сто процентов, Мишаня, что вариант с Дашковыми Лёшка обдумывал уже давно, не похоже это на импровизацию. А его поведение во время «воспитательной» беседы с родственниками? Я тебе потом запись дам послушать, ты будешь внуком гордиться. — Николай опять хмыкнул. — А Машку как проняло после звонка братца? Ты б только видел! Она мне, конечно, высказала всё, что думает по поводу Алексея, но выражения выбирала уже тщательно и вела себя, в общем-то, нормально. А потом укатила в Кремль, где, говорят, закрылась в своих покоях и включила режим «обиженка». По прошлому опыту с уверенностью могу сказать, что хватит моей супруги, со всеми этими закидонами, дня на три точно, а потом из своих покоев вновь появится Императрица Российской Империи. — Пожарский понимающе улыбнулся. — Так что я, Мишаня, в ближайшие дни холостой, а у тебя такая банька уютная с отзывчивыми банщицами. Да и глаз поменьше, чем здесь…

— Намёк понял, Коля… — князь кивнул и достал из кармана телефон.