Камень. Книга 3
Он мечтал стать военным, как и все в роду князей Пожарских, но судьба распорядилась по-другому, наделив его уникальными возможностями в защите и не оставив способностей для нападения. Что он выберет — спокойную жизнь и учёбу в Университете, или службу в Отдельном корпусе жандармов?
Я уселся, и тут вдруг мне так жалко стало деда, что на глаза навернулись слёзы.
— Что, Лёшка, хреново выгляжу? — дед продолжал делать попытки улыбнуться. — Может и мой час пришёл, но скрывать не буду — пожить ещё охота. Помочь сможешь?
— Чем смогу, деда. — кивнул я. — Надо только глянуть. И прости меня!
— Лёшка, я на тебя не обижаюсь, мы сами с Машкой виноваты. — он прикрыл глаза. — Знай, что при любых раскладах тебя не тронут, соответствующие распоряжения я уже отдал.
— Спасибо, деда. — поблагодарил я из вежливости — действительно, они с бабкой были виноваты сами.
Перейдя на темп, принялся изучать доспех деда. Разворотил я его, конечно, здорово — тусклые снежинки снежинками назвать было трудно, они потеряли всю свою красоту, яркость и энергию, кое-где отсутствовала половина, где-то грани свернулись в спираль, где-то их вообще разорвало. Но и это было не самым печальным… Самое страшное было то, что связи между снежинками во многих местах были разорваны, вплоть до самых натуральных пробоин в доспехе. Наверное, именно так и должен был выглядеть сглаз, судя по тому, что я слышал от старух на Смоленщине.
— Деда, я попробую тебя поставить на ноги. — вышел я из темпа. — Только не здесь, надо в Жуковку ехать. — вспомнил я Прохора и другого своего деда, князя Пожарского. — Здесь нельзя, а то ты тут весь Кремль разнесёшь… Сможешь добраться? Потерпишь?
— Потерплю. — он попытался поднять голову, но у него ничего не получилось — голова обессилено упала обратно на подушку. — Сашка, тащи кресло.
Отец метнулся в гостиную и вернулся, катя перед собой кресло-каталку.
— Мать позови, пусть в костюм меня оденет. — сказал дед. — Я в майке и семейниках отсюда не выеду.
Пока бабка с отцом занимались дедовским туалетом, я смотрел в другую сторону и старался думать о посторонних вещах — не дай бог Императрица на меня косо посмотрит — быть беде… Вот и стал прикидывать, каким образом компенсирую Петровым мой косяк с их вишневым садом. Кроме того, не стоило тянуть и с моим обещанием, касающимся звонка Сашки Петрова Кристине Гримальди, она уж, поди, заждалась, бедняжка.
— Может на вертолёте полетим? — повернулся я к деду, бабке и отцу. — Так быстрее будет.

















