Камердинер, который любил меня

– Посмотрим, как ты выдержишь такую пытку…

Его губы отправились в путешествие по ее телу, и когда он раздвинул ей ноги, Марианна испугалась, уставившись на него в немом удивлении. Не хочет же он…

Первое же движение его языка, проникшего между интимными складками, подтвердило ее догадку и заставило выгнуть спину. Из ее горла вырвался стон, но он и не подумал прекратить свою сладостную пытку, пока она не почувствовала, что, как и двумя ночами раньше, балансирует на краю пропасти и вот-вот рухнет или мир вокруг нее, или она сама разлетится на тысячи осколков.

– Белл, пощади, больше не могу…

Он тут же внял ее мольбам, переместился вверх, раздвинул коленом ее бедра и одним резким уверенным движением вошел в нее. Марианна закричала, и он сразу остановился.

– Я сделал тебе больно, любовь моя?

– Нет! Продолжай, умоляю!

Зажмурившись, она помотала головой, остро чувствуя свою наполненность. Непередаваемое ощущение!

Белл, опершись на локти, начал двигаться, и Марианна признала, что это было совершенно непохоже на ее предыдущий опыт. Там, где Уильям дергался, словно заяц, Белл не торопился: его движения были медленными, уверенными, – и ее тело извивалось под ним, желая большего.

Белл протиснул руку между их телами, добрался до бугорка удовольствия и принялся ласкать его, наполняя ее тело восхитительным томительным наслаждением.

Он ритмично входил и выходил из нее, пока она не начала двигаться ему навстречу. В конце концов, где-то в самой глубине ее естества зародилась волна наслаждения, стала увеличиваться, пока не захлестнула все тело.

Марианна закричала, но Белл закрыл ей рот поцелуем. Пока ее тело билось в судорогах наслаждения, он прижимал ее к себе, потом еще раз мощным толчком вошел в нее, вышел и излил семя ей на живот, издав хриплый стон и содрогнувшись всем телом.

Его дыхание, горячее и неровное, через несколько минут успокоилось. Белл перекатился на спину, привлек ее к себе и, целуя спутанные волосы, пробормотал:

– О господи, это было… потрясающе.

Стараясь унять собственное дыхание и сердцебиение, она положила ладонь ему на грудь и почувствовала мощные ровные удары.

– Да, это было восхитительно, – прошептала Марианна, понимая, что больше не сможет выдавить ни звука. Все, что у нее было раньше с Уильямом, не шло ни в какое сравнение с ощущениями, которые она испытала сегодня.

Марианна повернулась на бок, спиной к нему, и он, обхватив ее обеими руками, прижал к груди. Казалось, эти руки были повсюду: обнимали, согревали, защищали. Она с шумом выдохнула. После свиданий Уильям почти сразу вставал, одевался и уходил. Сейчас все было иначе. Неужели Николас – нет, Белл – и правда хочет, чтобы она оставалась с ним рядом? Это было странно, но – она не могла не признать – приятно.