Камердинер, который любил меня

Даже если бы она ждала его у себя, то к этому времени уже отправилась бы на поиски."

"Проклятье. Только чертова гордость удерживала Белла от визита в ее комнату. А сейчас уже слишком поздно. Если он завалится к ней в такой час, то лишь разбудит ее и поставит в неловкое положение себя.

Вообще-то строгой договоренности у них не было, так почему он бесится?

Слишком много он ей рассказал, поэтому и не находит теперь себе места. Белл мог бы солгать ей, назвать какое-то вымышленное имя и придумать причину, что привела его в этот дом, но предпочел сказать правду. Да, мог бы, если бы не их столь близкие отношения. В результате он оказался в незавидном для шпиона положении, поскольку его тайная миссия оказалась под угрозой. Сближаться с ней он не должен был, ни в коем случае.

В какой-то момент у него даже появилась мысль, что именно Марианна помогла лорду Копперпоту написать тот пресловутый донос, но по некоторому размышлению Белл наотрез отказался верить, что это была она, хотя, разумеется, не помешает получить образец ее почерка, чтобы вычеркнуть из списка подозреваемых. Черт! Теперь ему предстоит получить два образца, а времени на это почти не осталось.

Большую часть дня он думал, как бы вынудить Уилсона что-то написать, но уловки оказывались одна нелепее другой. Белл даже подумывал попросить помощи у миссис Котсуолд, но только экономка с самого начала дала понять, что не будет ни одного из них троих никоим образом выделять. И она была верна своему слову, даже несмотря на то что Уортингтон и Кендалл уехали.

Что известно Марианне? По мнению Белла, она могла догадаться, что он шпион, а потом он и сам подтвердил ее подозрения, признавшись, что ищет преступника.

Белл потер ладонью лицо. Прошлой ночью Марианна интересовалась горничной мисс Уортон Альбиной, но когда он ответил, что не знает ее, больше не стала ничего спрашивать. Не думает же она, что эта девица причастна к смерти ее брата?

В этом и заключается проблема: вопросов больше, чем ответов, – и это ему категорически не нравилось.

За последние два дня Беллу удалось осмотреть комнаты Хайтауэра и Каннингема, но без толку: там он абсолютно ничего не нашел. Подслушивание под дверью и попытки разговорить других слуг тоже ни к чему не привели. По его просьбе и Клейтон приглядывал за пресловутой троицей, но также отметил, что они не общались друг с другом ни за ужином, ни за портвейном после него. Абсолютно не за что зацепиться, так что оставалась последняя надежда – раздобыть образец почерка Уилсона. И Марианны…

Марианна. Мысль о ней опять отозвалась болью в сердце. Ведь она не пришла к нему сегодня. Даже если и догадалась, кто он, это ничего не объясняло: он бы, наоборот, на ее месте явился, чтобы расставить все точки над «и».