Камердинер, который любил меня

Тайная надежда Марианны, что Белл хотел остаться с ней наедине, чтобы сказать что-нибудь приятное – к примеру, что тоскует без нее и очень хочет поцеловать, – испустила дух. Она потрясла головой, отгоняя эти никчемные мысли, выпрямилась и глубоко вздохнула. Очень хорошо. Если он хочет говорить только о деле – да будет так. Она справится.

– Вообще-то я уже поинтересовалась у леди Вильгельмины, кто из гостей останется ночевать, но она ответила, что не знает.

– Не важно. Мы все узнаем сами.

– А какие у нас задачи на балу?

– Важно не выпускать из поля зрения всю эту троицу, но особенно Хайтауэра и Каннингема.

– Да, я тоже думаю, что лорд Копперпот ни при чем.

Белл прикусил губу, потом спросил:

– Не знаешь, есть ли в доме место, откуда можно было бы тайком наблюдать за происходящим в бальном зале? Если Каннингем и Хайтауэр меня увидят, то вполне могут узнать.

Марианна покраснела. Такое место в доме, конечно, есть, но она вовсе не собиралась признаваться, откуда о нем знает. В эту каморку над сценой она частенько пробиралась, чтобы понаблюдать за танцующими. Ей очень нравились музыка, великолепные платья, чудесный запах подаваемых закусок и восхитительный аромат цветов. Прошлой весной Копперпоты особенно часто устраивали балы и приемы, Марианна проводила в этой каморке все свободное время.

– Да, такое место есть. Я покажу.

Белл кивнул.

– Вот и отлично. Ты будешь наблюдать за Каннингемом, а я – за Хайтауэром.

– Хорошо, только ты должен показать мне лорда Каннингема: в отличие от тебя я его ни разу не видела.

– Договорились. Я покажу тебе обоих.

Несколько минут они молчали, и каждый смотрел в свое окно на проплывающие мимо пейзажи. В Англию пришла осень, листья уже начали менять свой цвет, и было очень красиво.

Наконец Белл нарушил молчание.

– Где живут слуги в городском доме лорда Копперпота? В каких условиях, я имею в виду?

Марианна пожала плечами.

– Там все устроено практически так же, как в поместье. Прислуга высшего ранга живет в отдельных комнатах на четвертом этаже, семья – на втором, а гости – на третьем.

Белл усмехнулся.

– Прислугу высшего ранга разделяют по половой принадлежности?

– Женщины живут в правой части дома, а мужчины – в левой, если ты об этом.

– Какая жалость! – засмеялся он и потряс головой.

– О чем это ты?

Марианна тут же пожалела о своей несдержанности, но слово, как говорится, не воробей…

Белл посерьезнел и посмотрел ей в глаза.

– Видишь ли, за все то время, что прошло с приема у Клейтона, не было ни одной ночи, когда я не мечтал бы оказаться у тебя в спальне.

Глава 31

Лондонский дом лорда Копперпота,

14 октября 1814 года

Ему не следовало говорить ей таких слов: Белл прекрасно все понимал и ненавидел себя за это.