Нечаянное счастье для попаданки, или Бабушка снова девушка

Тем временем Лара подошла к дереву.

— И как он досюда только дошел? — пнула что-то.

Хотя правильнее сказать — кого-то. Я бросилась вперед и увидела лежавшего неподалеку от камеры Эштайна.

— Что с ним? — вопросительно посмотрела на недовольно скривившееся лицо Лары. В голову сразу полезли самые ужасные предположения. — Убит?

— Спит, — снова пнула его Лара. — Я же говорила, что сегодня в поместье все спят.

И тут у меня возник вполне закономерный вопрос:

— А кто подсыпал ему снотворное? И вообще всем?

Не сама же Лара это делала, в самом-то деле. Она отыгрывала роль болезной и вряд ли бы сумела незаметно подсыпать снотворное так, чтобы его выпили все, кроме меня.

Она насмешливо на меня глянула и подошла к камере, с интересом ее разглядывая.

— Только дошло? Мне казалось, ты умнее.

— У меня тут, знаешь ли, много отвлекающих факторов, — я покосилась на призрака. Он застыл у кромки обрыва и смотрел на луну. Силуэт призрачной Дианы светился и словно фосфоресцировал. — Так кто подсыпал снотворное, чтобы ты без труда могла вывести меня из дома и незаметно для всех убить?

— Этта, — не обнаружив в камере ничего интересного, хмыкнула Лара.

Эта новость заставила меня застыть, словно я получила удар под дых. Этта — горничная и, как мне казалось, хороший человек. Она с самого начала отнеслась ко мне с пониманием и без предубеждения, и я бы ни за что не заподозрила ее в чем-то подобном.

— Но почему? — вырвалось у меня.

— Она меня любит, — ответила виконтесса и, увидев мой недоверчивый взгляд, расхохоталась и рассказала правду. А зачем ей что-то скрывать от потенциального трупа? — Я подарила ей маленькие гвоздики в уши. Миленькие, с виду недорогие, вот только на них наложено маленькое заклинание подчинения. Старая работа. Сделана когда-то давно одним сильным менталистом чисто ради шутки. Заряд там небольшой — на одно внушение раз в три месяца только и хватает. Жаль только, что задание не должно сильно идти вразрез с убеждениями человека. Прикажи я ей кого-нибудь убить, Этта смогла бы воспротивиться… Но зато она потом даже не вспомнит, что делала под внушением. А это большой плюс. — Лара снова осмотрела камеру. — И что это за ящик? Я слышала, что Алекс притащил в дом какого-то изобретателя.

— Не знаю, — соврала я, надеясь, что камера пишет наш разговор.

В отличие от первых камер в моем мире, эта записывала все сразу: и картинку, и звук. Но даже если она сейчас выключена, я должна вытянуть из маньячки Лары как можно больше информации об убийствах девушек. Все это время я исподволь пыталась воздействовать на нее, давая команду своему дару развязать ей язык, внушить желание все мне рассказать.