Капер

В нем появилась уверенность в себе и вальяжность. Прибыл Пьер де Ре, как частное лицо.

— Ты оказался прав на счет Варфоломеевской ночи! — начал он, когда мы остались в моей каюте одни. Отхлебнув из серебряного кубка вина, конфискованного с испанского галеона, мой потомок хвастливо сообщил: — В эту ночь погибли мой тесть и все мои кредиторы! Я проследил, чтобы никто из них не спасся!

— А как спасся ты? — спросил я.

— Принял католичество днем, — ответил Пьер де Ре.

— И как к этому отнеслись ла-рошельские гугеноты? — поинтересовался я.

— Сказал им, что перешел в католичество притворно, чтобы избежать смерти.

Теперь я опять гугенот, — рассказал он и, ухмыльнувшись, добавил: — Пока не вернусь в Париж.

— А что тебя здесь держит? — задал я вопрос.

— Жена болеет, — весело ответил мой потомок. — Врач говорит, долго не протянет. Он пускает ей кровь каждый день.

— Тогда точно не протянет, — согласился я. — Надеюсь, ты не забыл, о той части наследства тестя, которая отходит его младшей дочери?

— Именно поэтому я здесь. Готов передать ему всю сумму, — произнес Пьер де Ре. — Он здесь?

— Да, командует захваченным галеоном, — сообщил я.

— Еще я хотел спросить, что ты знаешь по поводу Генриха Наваррского? Что-то у него дела складываются не очень хорошо, сидит пленником в Лувре, — сказал он.

— У него еще долго дела будут идти плохо, пока не перемрут короли династии Валуа. Он будет менять религию, воевать с Гизами и бывшими союзниками гугенотами, но все равно станет королем, основателем династии Бурбонов, — рассказал я. — Так что в ближайшие годы не трать на него много времени, но отношения поддерживай дружеские.

— Родственные! — улыбнувшись, поправил Пьер де Ре.

 — Мы ведь с ним родственники.

— Да, это так, — согласился я. — Лишь бы он об этом не забыл.

— Я буду постоянно напоминать, — заверил мой потомок и сменил тему разговора: — Говорят, вы захватили богатую добычу.

Я не стал говорить ему, насколько богатую. Всем членам экипажа дана инструкция не болтать об этом. Я не собираюсь отдавать долю князя его брату Людвигу Нассаускому. Думаю, Вильгельм Оранский распорядится деньгами толковее. Продадим в Ла-Рошели захваченный галеон и пойдем в Роттердам. Не будем искушать судьбу.

На этот год мы уже выбрали удачу.

— Я тоже подумываю, не купить ли ваш приз, нанять отчаянных парней и не заняться ли каперством? — как бы в шутку произнес Пьер де Ре.

Видимо, это и есть главная причина его прибытия на фрегат.

— Я бы на твоем месте не стал это делать. Все не так просто, как ты думаешь. Отчаянных парней ты наберешь без проблем. Но еще нужен быстрый корабль. Галеон на эту роль не годится. И толковый капитан, который умеет не только управлять кораблем, но и вести морской бой, — рассказал я.