Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

О, боец проснулся? – заглянув в кроватку, улыбнулся Хохол. – Здорово, кореш!

– Отойди, на хрен! – вполголоса рявкнула Марина. – Чтоб я не слышала, как ты рядом с ребенком по фене чешешь, – прибью!

Хохол фыркнул:

– Доброе утро, маленький лорд! Дозволено ли будет мне, недостойному, облобызать щеку вашей достопочтенной маменьки? Так пойдет? – спросил он, насмешливо глянув на Марину, и она тоже засмеялась:

– Пойдет. Прости меня.

– Нормально, котенок, ты правильно сказала. Ешь, а то Ветка скоро прискачет.

Пока Коваль пыталась запихнуть в себя хоть кусочек пиццы, Женька носил по палате на руках не желавшего лежать в кровати Егора. Удивительно, но мальчик совершенно не боялся чужих людей, и это было скорее минусом при их образе жизни. Хорошо, что он еще маленький, можно воспитать его так, как нужно. Зазвонил телефон – это оказалась Ветка.

– Женька, встреть ее внизу.

Передав Марине ребенка, Хохол пошел вниз, а она присела на кровать, усадив на колени Егора:

– Что, братец, посидишь сейчас с Веткой, а я поеду дела делать. Да и приодеть тебя надо, негоже Малышеву в чужих обносках ходить. Ты ж у меня наследник всего на свете, Егор Егорыч, вот так…"

"Вошедшая Ветка едва не рухнула, увидев подругу с ребенком на руках:

– А я решила, что Хохол гонит! Значит, правда?

– Как видишь. Слушай, мне некогда, ты побудь здесь с Егором, я только в ЗАГС и по магазинам, а потом поговорим. – Марина передала ей мальчика и оделась, прихватив мобильник и сумку. – Ничего не бойся, за дверью Сева, если что – звони! – чмокнув подругу в щеку, а Егора в макушку, она вышла из палаты, бросив сидящему на стуле Севе: – Севочка, никого не пускать, кроме той докторши, что приходила.

– Хорошо, Марина Викторовна. Генка с пацанами внизу.

– Спасибо.

В ЗАГСе Маринин кошелек сделался легче на полторы тысячи долларов, зато в руках она держала свежевыписанное свидетельство о рождении Егора Егоровича Малышева, в графе «отец» значился Малыш, а в графе «мать» – Марина Коваль. «Все, теперь попробуй, докажи, чей это ребенок!»

Сев в «Хаммер», Коваль закурила и велела водителю:

– В торговый центр, Юра.

Он вздернул брови, но подчинился, подкатив к самому крыльцу. Гена пошел с хозяйкой, незаметно оглядываясь по сторонам, и удивленно остановился возле дорогущего бутика детских товаров:

– А сюда-то вам зачем?

– Сыну хочу гардероб подобрать, – спокойно отозвалась она, игнорируя вытянувшееся от удивления лицо телохранителя, и вошла в бутик.

Вокруг сразу забегали две продавщицы, оценив стоимость вещей и ювелирных украшений:

– Вам помочь, подсказать что-нибудь?

– Девочки, моему сыну десять месяцев, он довольно крупный парень, будьте добры, подберите мне все, что нужно, на осень и на зиму, хорошо? – Коваль улыбнулась им, и девочки поняли, что чаевые в кармане.