Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

 – Думаешь, я не знаю, что полгода назад твой Жека сбеспредельничал немного и увел из-под «крыши» уцелевших мамедовских несколько автосервисов? Тех, что по Кузнецовскому шоссе расположены? Знаю. И базар этот весь ты затеяла сейчас как раз для того, чтобы прикрыть задницу любовнику своему, так ведь?

– Так, – вздохнула Марина, признавая поражение. – Но сам посуди, Миша, мамедовская бригада едва-едва пятнадцать человек насчитывает…

– Ага, после того, как твои ее проредили, – подсказал ехидно Ворон. – Помню-помню…

– Перестань, я там вообще ни при чем была, знаешь ведь! Это Егор…"

"– Да, устроил он тогда побоище, – задумчиво протянул Мишка. – Ладно, проехали. Значит, бесхозные сервисы Жека подгреб? А теперь появился претендент на хозяйство, и стала у вас под ногами земля гореть?

– Типа того, – смиренно согласилась Коваль, вынимая из кармана телефон. – Я позвоню?

Ворон пожал плечами, и она набрала номер Севы:

– Сева? Вы дома? Все в порядке? Как Егор? А-а… Да, скоро будем. Только пусть Дарья конфетами его не кормит! Все, пока.

Она убрала трубку в карман и наткнулась на недоуменный взгляд Ворона:

– Ты о чем сейчас разговаривала?

– Сын у меня, Миша, – вздохнула Марина. – Сын, Егорка, скоро год ему будет.

– Погоди, – никак не мог понять Ворон. – Откуда сын? Чей?

– Мой.

– Ты гонишь, что ли? А чего ж тебя беременной-то никто не видал?

– Так вышло.

– Ну, меня это не касается, – решил Мишка, поворачивая в сторону парковки. – А вот Бес не обрадуется.

– Да мне-то что? – пожала плечами Коваль. – Ты просто представь, что на той неделе после футбола я вместе с пацаном едва на воздух не взлетела, потому что Женькин «Навигатор» нафаршировали тротилом, как булочку изюмом. А ты спрашиваешь – какой у меня интерес. Простой, шкурный – ребенка хочу вырастить, хочу, чтобы не грохнули меня вместе с ним, чтобы Женьку не завалили, понимаешь? А все эти понты с понятиями от меня сейчас так далеко – не представляешь.

– А ты как думала? Ребенка завела – все, получила еще одно уязвимое место.

– Ну, что делать – теперь поздно уже, – огрызнулась она, понимая, что разговор зашел в тупик.

Ворон ни словом не обмолвился о помощи, вообще никак не высказался о возможности выразить Бесу свое несогласие. На том и разъехались, и всю обратную дорогу Марина промолчала, забившись к самой дверке и не реагируя на тихо переговаривающихся телохранителей.

Дома ждал сын… Коваль сбросила пальто на руки Хохлу, скинула сапоги и прошла в детскую, где на ковре возились Сева и Егорка.