Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце
Похоронив любовь всей жизни – мужа Егора Малышева, глава криминальной группировки Марина Коваль не отошла от дел. Бизнес и мафиозные разборки порой разрывают на части. Да и подполковник Александр Ромашин, расследующий заказное убийство мужа, не оставляет в покое: он просто в шоке от красоты и сексуальности Марины. Неожиданно Ромашин завоевывает сердце неприступной гордячки. Смотрящий города Гриша Бес в бешенстве: его первая помощница связалась с ментом! Не бывать этому никогда…
Коваль слонялась по двору, не зная, чем заняться и куда себя деть, перемыла посуду, подмела пол на кухне, сварила щи из обнаруженной в холодильнике квашеной капусты – ох, кто-то с похмелья-то рад будет…
Устав от одиночества, Марина пошла во двор, набрала в ведро холодной воды из колонки и выплеснула ее всю одним махом прямо в открытую дверку «жигуленка», в котором, раскинувшись, спал Хохол:
– Вставай, богатырь, пора на подвиги!
Спросонья он не сразу сообразил, что происходит и почему он весь мокрый.
– Что?! Охренела совсем?! – взревел он, выбираясь из машины и устремляясь к Марине с намерением жестоко отомстить за подобную побудку.
Она побежала от него в огород, засаженный картошкой, но тренированный Женька в два прыжка догнал ее и повалил прямо между грядками на землю, разрывая майку и дыша в лицо перегаром, от которого она и в самом деле одурела:
– Пусти меня, урод, спятил совсем?!
– Лежать, сказал! – заблажил он, прижимая ее руки и наваливаясь сверху всем телом. – Ты на кого воду вылила? А если б я тебя пришиб ненароком? Ведь знаешь, что я с похмелюги дурак дураком, а нарываешься!
– Да отпусти ты меня! – Марина со всей силы вцепилась зубами в его плечо, которое, кажется, никогда не заживало – то его зубами, то ногтями… Женька зашипел от боли, но хватку ослабил, и Марина вырвалась, столкнув его с себя.
Поддерживая на груди лохмотья майки, она пошла в баню, где, к счастью, еще не совсем остыла вода, а то со стороны Коваль походила на огородное пугало, вся в земле и в разодранных тряпках. Могла запросто подработать, охраняя клубнику от сорок…
– Дурак ты, Женька! – стоя в бане и смывая с себя жирную землю, бросила Марина.
Он подошел к ней сзади, обнял, прижимаясь губами к затылку, потом отнял мочалку и стал сам мыть ее, попутно покрывая поцелуями все тело.
– Хватит! – отбивалась Коваль. – Что ты пил вчера, что сегодня так возбудился? Местный ветеринар чем-то угостил?
Хохол заржал и потянулся за полотенцем, укутал ее и поднял на руки:
– Не сердишься?
– Господи, да когда ж я на тебя сердилась-то? – вздохнула Марина, держась за его шею. – Болит плечо?
– Нормально, привык уже.
– Давай подую. – Она стала осторожно дуть на разодранное плечо, целовать его, едва касаясь губами. – Прости меня, мой мальчик… Пойдем, я там щи сварила, с похмелья хорошо пойдут.
– Спасибо, родная, – искренне сказал Женька. – Мне всегда так приятно, когда ты обо мне заботишься, аж сердце щемит. Ты одевайся пока, я тоже пойду рожу в порядок приведу, а то мухи и те мимо не летают.
Накинув футболку Хохла, вполне заменившую платье, Коваль пошла в кухню, накрыла на стол и уселась на табуретку, поджав ноги и взяв сигарету. Нет, все, пора домой, она не могла здесь больше, хватит деревенской экзотики.
Похожие книги
Первая леди города, или Между двух берегов
Мысленным взором
Развод. Новая семья
Девочка Красная Тапочка
