Карат. Чёрное сердце

- Ты сам себя не знаешь! Не знаешь, что сидит в себе и каким боком это выльется, но учишь меня!

Услышав, как за моей спиной глухо выругался отец, я поняла, что ситуация уже начинает выходить из-под контроля.

От первого удара Сапфир не улетел в лес и смог приземлиться на обе ноги, припадая к земле, но по его взгляду было ясно, что теперь он понял сам, что все это время явно недооценивал Карата.

Очень сильно недооценивал, вероятней всего решив, что его модифицированная кровь может тягается с королевской.

- Что ты знаешь о лабораториях? – Карат шел просто на таран, оттесняя Сапфира все дальше к кромке зеленого леса, который словно притих в ожидании бури.

Он не бил, скорее отталкивал его, даже если иногда звук ударов сотрясал воздух.

- Я пробыл в них гребанных тринадцать лет!

- И что ты видел за все это время?! Тебя держали, как слепого котенка – кормили, холили и лелеяли, лишь бы ты не раскрыл тайн собственного рода перед людьми!

Карат ударил по дереву с такой силой, что одна из елей жалобно застонала, накренившись и медленно оседая на землю, когда из бассейна вылетел Туман, чтобы скорее затащить ничего не понимающую маму Зои, которая вышла на веранду, услышав крики и драку.

Север дернулся тоже, чтобы разнять Карата и Сапфира, вот только отец снова остановил его, вцепившись в плечи и с силой заставляя остаться на месте.

- Пап, он порвет его!

- Жди!

Я бросила быстрый взгляд на отца, впервые в жизни действительно испугавшись, потому что Карат словно слетел с катушек, и папин бледный напряженный вид не сулили ничего хорошего, поскольку только он знал своего друга так, как не знал даже Нефрит собственного отца.

- Ты считаешь, что прожил жизнь в этом кошмаре и теперь знаешь больше других? Ты ни черта не знаешь!

Ярость Карата набирала обороты, и теперь он просто шел напролом, готовый кажется растерзать Сапфира на мелкие кусочки, погружаясь в свой собственный ад из памяти и злости так глубоко, как наверное и сам не рассчитывал.

- Ты считаешь, что познал боль физическую и душевную?

Я ахнула, хватая свободной рукой Мишку и прижимая ее к себе, когда та кинулась с криком к враждующим Кадьякам, оттого что Карат придавил Сапфира к дереву, впившись ручищей в его горло и сдавливая так, что наш отважный лабораторный Бер едва мог дышать.

И не мог отбиться, сколько бы сил не прикладывал.