Картина без Иосифа

Он ждал ее реакции, но она ничего не сказала по поводу только что услышанного разговора и вернулась к предыдущей теме:

— Думаешь, Робин Сейдж убил ее, Томми?

— Было темно, море бурлило. Свидетелей, видевших, как его жена бросилась с парома, не нашлось. Не нашлось также никого, кто бы подтвердил, что он ходил в бар, когда покидал свое место.

— Но ведь он священник? Разве можно, совершив такое, продолжать служить церкви?

— Он и не служил. Оставил свое место в Труро сразу после ее смерти. И уехал туда, где его никто не знал. И там снова стал священником.

— Но наверняка скрыл свое прошлое от новых прихожан.

— Возможно.

— А зачем было ее убивать? Ревность? Гнев? Месть? Наследство?

Линли протянул руку к телефону.

— Тут возможны три версии. Ведь за шесть месяцев до этого они потеряли своего единственного ребенка.

— Но ты сказал, что мальчик умер в кроватке.

— Возможно, он считал ее виновницей. Или у него была связь с другой женщиной и он понимал, что, будучи священником, не может подать на развод без ущерба для своей карьеры.

— Или у нее была связь с другим мужчиной, а он узнал об этом и действовал в состоянии аффекта?

— Возможно, его жена действительно покончила с собой, а он не смог опознать ее тело.

Но зачем в таком случае он приезжал в октябре к сестре Сьюзен? И какова во всей этой неразберихе роль Джульет Спенс? — Он снял трубку. — Ты знаешь, где находится факс, Хелен? Посмотри, не прислала ли Хейверс газетные статьи?

Хелен ушла, а он позвонил в Крофтерс-Инн."

"— Я оставил сообщение у Дентона, — сказал ему Сент-Джеймс, когда Дора Рэгг перевела звонок в их номер. — Он сообщил, что еще не видел тебя и не ждал твоего приезда. Сейчас наверняка обзванивает все госпитали между Лондоном и Манчестером, решив, что ты попал где-то в аварию.

— Я ему позвоню. Как Аспатрия?

Сент-Джеймс изложил ему факты, которые они сумели собрать за день, проведенный в Камбрии, где, по его словам, снег пошел в полдень и не прекращался весь обратный путь до Ланкашира.

До переезда в Уинсло Джульет Спенс работала экономкой в Сюэрт-Хаусе, большом имении в четырех милях от Аспатрии. Как и Коутс-Холл, это было уединенное место, где жильцы обычно появлялись только в августе, когда сын владельца приезжал с семьей из Лондона в отпуск

— Она была уволена? — спросил Линли.

Вовсе нет, ответил Сент-Джеймс. После смерти владельца дом был передан в Национальную опеку. Новые хозяева просили Джульет Спенс остаться там, потому что земли и постройки открывались для публичного посещения. Но она переехала в Уинсло.

— Пока она жила в Аспатрии, были какие-либо проблемы?

— Нет. Я беседовал с сыном прежнего владельца, он всячески хвалил ее и очень нежно отзывался о Мэгги.

— Значит, ничего, — задумчиво произнес Линли.

— Не совсем.